Глава первая
Часть вторая
Ольга, взяв в руки кувшин с молоком и наливая по чашкам, заметила:
— Видать, деток любишь, Паша, коль так ласкательно вспоминаешь. Своих-то много? Может, и внучики уже есть?
— Внуков нет еще. А сын... сын есть... есть сын, есть... Женат.
Вздохнул, прожевывая.
— А здоровьице жены как? — задала Ольга следующий, естественный по таким случаям и разговорам, вопрос.
По лицу Заходова пробежала тень. (Пряхин заметил.)
— Здоровье ее, на мой взгляд, отменное, а там... кто знает...
— А с каких краев она? — подвинула Ольга ближе к нему хлеб и, запоздало увидев недовольный взгляд мужа, спросила еще раз: — В каких краях, интересуюсь, жену себе сыскал, Павел Устиныч?
— В каких краях? — Заходов, хмурясь, вздохнул.— Из столичных она, в Москве родилась.
Ольга поднялась.
— Ну, спасибо за преподношение, извиняйте за покиданьеце, пойдем-ка мы с Аннушкой отдыхать. Пойдем?— кивнула она ей, устало прикрывая глаза. — Мужикам помужиковать меж собой надо за столько лет. Пошли, дочка.
— Ну что ты, Ольга Васильевна! — запротестовал Заходов. — Ну какая же вы с Аннушкой помеха! Наоборот даже...
Улыбнувшись, Ольга перебила:
— Та не, ты нас сегодня уже не привораживай, нам с Анной еще у хате кое-что зробить надо, а завтра еще будет день... Так шо, покойной ночи. Я у зале постелю, Иван покажеть. Пошли, Анна.
Анна чуть задержалась. Видно было, что о чем-то хочет спросить.
— Тебе чего, дочка? — взглянул на нее Пряхин.
— Да спросить хотела... Ко мне завтра друзья при ехать должны... Мы договорились на речке время про вести, не посоветуешь местечка, где бы и порыбачить можно было?
— У них что, машина, у друзей твоих?
Анна кивнула.
Пряхин подмигнул Заходову:
— Эко вас, городских, на природу потянуло... — Под чесал затылок. — Ну... если хочешь... Мы вот с Пашей завтра тоже на природу собрались, дядю Губана захватим, дед Тишка нам золотое рыбье дно уступить побожился. Если хочешь, езжайте к трем большим вербам, ты там маленькой еще зайчат нашла, помнишь?
Анна опять кивнула.
— Ну вот и езжайте туда, коли мы компании твоей не помеха будем. Я ведь не рыбак заядлый, ты знаешь так что рыбьих мест особых больше не ведаю А и кэкир там сейчас места! — махнул он рукой,— Вся рыба в крас ные книжки ушла, пока люди воду жалеть научатся’ А и не только воду, а и всё остальное, что всю живность вместе с нами, в ладошках своих греет и кормит. Ну иди, дочка, иди. Нет, постой...
Пряхин повернулся к Заходову:
— Слышь, Паш, а может, ты со мной спать будешь? Здесь, показал он рукой на широкую, деревянную, своей работы, кровать тут же под навесом. — На воздушке... вдвоем... А?
Заходов мечтательно прикрыл глаза:
— Ты знаешь, с удовольствием! С превеликим! Всю жизнь — веришь? — мечтал в саду поспать, как когда-то дома спал! — Вздохнул: — Да нету дома, нету сада...
Пряхин понимающе посмотрел на него, кивнул Анне:
— Тогда вынеси нам, дочка, еще одну подушку и одеяло еще одно. Ночи еще не очень теплые...
Анна ушла. Быстро вернулась, постелила и пошла в- дом, пожелав спокойной ночи.
Заходов взглядом проводил ее, сказал:
— Славная дочка у тебя. От женихов, наверное, от бою нет, а?
— Про то мне не ведомо, — оставшись серьезным, пожал плечом Пряхин и повторил, будто сам прислушиваясь к самим собой сказанному: — Неведомо...
— Ну-у... не поверю, — замотал головой Заходов.— Не поверю, что дочке такую свободу дал, чтоб не ведать. Неужто дал? Это по нашему-то, деревенскому укладу... Ох, не поверю!
Пряхин захитрил глазами.
— А это как сказать... — подпустил он в голос — так я с моей Анной и живу: она вожжу не рвет, а я не дюже заметно стараюсь на руку ее наматывать. Так и доверяем друг дружке... пока.
В глазах Заходова искоркой мелькнул и затлел, как от свежего дуновения, огонек интереса.
— Что ж, логично... — сказал он, набираясь настроения.— Хоть немного и необычно, но, по-моему, логично. Ну, а Губан как поживает? Тоже с вожжами? Какой он? Все такой же?
— Сам завтра увидишь. Два сына у Губана, оба служат. Старший вот — Ванька, крестник мой —на побывке был. Попрощаться, подлец, не зашел — обидел! Завтра Губану выскажу! Ну, давай еще по маленькой?