Известно, что Иван Андреевич Крылов любил хорошо поесть и ел очень много. Как-то раз вечером Крылов зашел к сенатору Андрею Ивановичу Абакумову и застал у него несколько человек, приглашенных на ужин. Абакумов и его гости пристали к Крылову, чтобы непременно с ними поужинал, но он не поддавался, говорил, что дома его ожидает стерляжья уха. Наконец удалось уговорить его под условием, что ужин будет подан немедленно. Сели за стол. Крылов съел столько, сколько и остальное общество вместе, и едва успел проглотить последний кусок, как схватился за шапку.
— Помилуйте, Иван Андреевич, да теперь-то куда же вам торопиться? — закричали хозяин и гости в один голос.— Ведь вы поужинали.
— Да сколько же раз мне вам говорить, что меня дома стерляжья уха ожидает, я и то боюсь, чтобы она не простыла,— сердито отвечал Крылов и удалился со всею поспешностью, на какую только был способен.
***
Однажды Крылов был приглашен на обед к императрице Марии Федоровне в Павловске. Гостей за столом было немного. Жуковский сидел возле него. Крылов не отказывался ни от одного блюда.
«Да откажись хоть раз, Иван Андреевич,— шепнул ему Жуковский.— Дай императрице возможность попотчевать тебя».
«Ну а как не попотчует?» — отвечал Крылов и продолжал накладывать себе на тарелку.
***
Крылов любил бывать в гостях у писателя Алексея Алексеевича Перовского, где встречался с друзьями раз в неделю. Гостеприимный хозяин при конце вечера предлагал всегда гостям своим ужин. Садились немногие, в числе их всегда был Иван Андреевич.
Зашла речь о привычке ужинать. Одни говорили, что никогда не ужинают, другие — что перестали давно, третьи — что думают перестать. Крылов, накладывая на свою тарелку кушанье, промолвил тут: «А я, как мне кажется, ужинать перестану в тот день, с которого не буду обедать».
***
Желудок у Крылова был поистине богатырский. Но однажды он чуть не оконфузил своего хозяина. Баснописец гулял или, вероятнее, сидел на лавочке в Летнем саду. Вдруг Крылова настигла большая нужда. Он в карман, а бумаги нет. Есть где укрыться, а нет чем... На его счастье, видит он в аллее приближающегося к нему недаровитого поэта графа Хвостова. Тот любил, гуляя по Летнему саду, найти не знающих его людей и читать им свои стихи. Крылов к нему кидается:
- Здравствуйте, граф. Нет ли у вас чего новенького?
- Есть, вот сейчас прислали мне из типографии вновь отпечатанное мое стихотворение,— и дает ему листок.
- Не скупитесь, граф, и дайте мне два-три экземпляра, я найду им наилучшее применение.
***
Крылов, как известно, умер от несварения желудка, покушав на ночь натертых сухих рябчиков со сливочным маслом . Он прохворал только несколько дней, и в это время его часто навещал генерал-адъютант Я. И. Ростовцев, искренно любивший Ивана Андреевича. В одно из таких посещений Крылов сказал Ростовцеву:
— Чувствую, что скоро умру, и очень сожалею, что не могу написать последней басни — на самого себя.
— Какой басни? — спросил Яков Иванович.
— А вот какой. Нагрузил мужик воз сухой рыбой, сбираясь вести ее на базар. Сосед говорить ему: «Не свезет твоя кляченка такой грузной клади!» А мужик ему в ответ: «Ничего! Рыба-то сухая!»
Публикация Евгения Жирнова