Осенний плющ

Как будто ничего не случилось, как будто всё, как прежде…

Осенний плющ – октябрь держится на тонюсеньком волоске – красив, перевит внутри себя, будто перемножен собой; он отливает багрово, золотится, звездопады цвета имея внутри себя. И он так спокоен, так спокоен.

Будто ничего не случилось.

Возвращается домой с прогулки, проходит мимо недавно отстроенного, повышенной комфортности дома, естественно, окружённого решёткой, и, залюбовавшись плющом на миг, и впрямь думает, что ничего не случилось.

Случилось.

Он теперь один.

Женщина, с которой связывали годы и годы, да так до конца и не связали – малышом, желанным мальчишкой, - погибла: возвращалась в корпоратива, чуть выпив, и, желая срезать путь перебегала, где не положено, и сбил её ярый мотоциклист.

Убить водителя?

Но не виноват он, совсем, ничуть, и сам пострадал: пытаясь вывернуть руль, сильно расшибся о столб.

Будто ничего не случилось.

Плющ красив.

Дома одиноко в квадрате, в кубе, страшно одиноко, и жуть этой бездны накатывает, особенно, если соприкасаешься с вещами погибшей.

Плоть стонет, плоть алчет, и где в её темнице распята такая слабенькая душа – не понять.

Методически, механично готовить еду, есть, убирать, мыть посуду.

Думать, почему сложилось всё, как сложилось, кому это надо, зачем?

Одно понятно – не мы определяем наши жизни, мы живём в мире следствий, толком не зная причин, и страдания…

Да, страдания…

Они изощрённые теперь, они закручиваются турбулентностью, кипят сплошными потоками, булькая адскою лавой.

Она у зеркала.

Она выходит из душа в халате.

Она смеётся, услышав новый анекдот.

Жарит картошку.

Говорит: Подожди, ещё долго…

-Что долго? – спрашивает он.

Отвечает:

-Жить. Успеем с мальчишкой.

Не успели.

В жемчужных тонах появляется среди мебели, - лёгкая, чтобы растаять, а растаяв, отбирает сон, хоть не надолго утешающий.

Живи, будто ничего не случилось.

Плющ горит, как всегда, осенью.

Завтра суббота, модно пить, станет легче.