Хотя эти омовение были многократными но очень важным было самое первое омовение. Оно то и было знаком того, что человек намеревался начать новую жизнь, пригодную для будущего Царства Мессии. Подобно «Ессеям» в общении Иоанна Крестителя, мало придавали значение предписаниям «Торы». Она соблюдалась, но без фанатизма, в отличие от жителей Иерусалима, от фарисеев. Принципам праведности Иоанн Креститель ставил, не скрупулезное выполнение предписаний «Торы» и устной «Торы», то есть предание старцев, мы еще с этим столкнемся, что это такое. «Тора» - это Пятикнижие Моисеево, первые пять книг Ветхого Завета. Там содержится много предписаний, а есть еще устная «Тора», которая тоже, как говорили, что она тоже принадлежит Моисею, но кодифицирована она была только спустя 200 лет после рождества Христова. До этого было только устное предание. Поди проверь, говорил это Моисей или не говорил, но эта устная «Тора», фарисеями считалась обязательной к исполнению. А вот «Ессеи» предлагали этой устной «Торе» альтернативные духовные практики.
Так и Иоанн Креститель ставил «во главу угла» не предписание «Торы», не альтернативные духовные практики, а именно принципом праведности стало исполнение нравственного закона, закона доброго сердца.
В этом смысле Иоанн Креститель последний пророк Ветхого Завета, и первый пророк Нового Завета.
Подобно древнему пророку Исайе, он был истинным предтечей Иисуса Христа, не только потому, что провозглашал его пришествие, но и потому что его учения во многом были схожи с будущими проповедями Иисуса Христа. В своей проповеди он возвещал «сотворите же достойные плоды покаяния», то есть если вы пришли каяться, то тогда меняйте свою жизнь. Что это за достойные плоды покаяния «у кого две одежды, то дай неимущему», отдай тому кто нуждается в этом у кого нет двух одежд может даже ни одной «у кого есть пища, делай то же», то есть то же делись, никого не обижайте, не клевещите, довольствуетесь своим жалованьем, это же мы встречаем и в Евангелии от Луки.
Своих последователей Иоанн «заражал» своей верой, в грядущего Мессию. Но последователей интересовало прежде всего не нравственное учения Иоанна Крестителя, это само собой, но прежде всего интересовало кто такой Мессия. Если это не Иоанн Креститель, то кто же он? Иоанн уклончиво отвечал «я вас крещу водой, но идет сильнейший меня, он будет крестить вас духом святым и огнем», наверняка не ответил кто это потому, что сам в общем-то не отчетливо наверное это знал.
И вот тот, который будет «крестить духом святым и огнем», преодолев километры пути из Галилеи в Иудейскую пустыню, приходит на воды Иордана чтобы самому креститься у Иоанна Крестителя.
Ученик Иоанна Крестителя, ставший позже учеником Иисуса Христа, и одним из двенадцати Апостолов, автором четвертого Евангелия, так описывает появление Иисуса Христа среди последователей Иоанна, что Креститель вначале не признал его. В общем, то ничего удивительного, даже если учесть, что они были родственниками, хотя и дальними, но жили в разных местах Иоанн Креститель в Иудейской пустыне, Иисус Христос в Галилее, поэтому ничего удивительного в том что Иоанн Креститель его не признал поначалу.
Но Бог «открыл» Иоанну Крестителю, как пророку, что на ком он увидит «святого духа», сходящего виде голубя, тот и есть тот самый Мессия, ягненок Божий, берущий на себя все грехи мира. Бог открыл Иоанну образ Мессии не такого каким его видели большинство евреев, в еврейской среде, не образ великого воина способного сокрушить римские легионы, а образ «кроткого агнца», ягненка, который будет принесен в жертву за грехи человечества, и тем избавит человечество от невозможности не грешить.
Таким образом, вот этот самый ягненок, принеся себя в жертву избавит человечество от тотальной власти греха, и откроет благодаря этому путь человечеству в царство небесное.
В данном случае идея того, что Христос, это жертва, агнец божий, жертва за грехи человеческие, не такая жертва какую обычно приносили первосвященники в иудейском храме, а несоизмеримо выше чем все жертвы всесожжения.
Но пока даже сам Иоанн Креститель недоумевал, он хоть и пророк, но ему тоже очень много всего непонятно. Зачем Иисусу Христу понадобилось приходить, и принимать крещение у него, у Иоанна Крестителя, если он не достоин даже развязать ремни на сандалиях, вот зачем ему безвинному принимать крещение у Иоанна. И дальше он спрашивает, что «это мне надобно креститься у тебя, и ты ли приходишь ко мне», говорит Иоанн Креститель Иисусу, но Иисус сказал ему в ответ: «оставь, ибо так надлежит нам исполнить всякую правду», то есть, потому что правда Божья, требует того, чтобы он пришел, и принял крещение. Потом это уже будет обрастать такими богословскими толкованиями, что впоследствии интерпретировалось христианскими теологами, что люди заходившие в воды Иордана со своими грехами, как бы «оставляли» свои грехи там, а река забирала в себя их «грехи». Сам Митрополит Антоний Сурожский, очень красиво это так сказать описывает: «воды Иордана отяжелели от человеческих грехов».
Христос, когда заходил в воды Иордана, он забирал эти человеческие грехи на себя понимаете. Вот в чем смысл был, вот в чем правда Божья, а правда в том, что он безгрешный в крещении став агнцем Божьим, то есть вот этой жертвой за человеческие грехи, обрекает себя на крестные страдания и смерть.