В одном английском альманахе, который вышел в 1831, я как-то прочитала следующую историю. Её вполне можно назвать светской сплетней.
Итак, героиня её - Сара Сиддонс. Великая британская актриса, которая блистала на сцене в последней четверти XVIII века. Именно в её честь героиня "Театра" Сомерсета Моэма, Джулия Ламберт, называет свой театр, "Сиддонс-театр". В том же романе есть и описание того впечатления, которое Сиддонс производила на окружающих: "Когда она входила в гостиную, все вставали, словно вошла сама королева".
Её воздействие на публику было просто фантастическим. Говорят, однажды, когда в пьесе возлюбленного героини убили у неё на глазах, Сиддонс рухнула замертво как убедительно, что публика была уверена - та действительно скончалась. И пришлось убеждать зрителей, что всё в порядке, это просто игра.
Сиддонс прославилась как трагическая актриса - её и называли "воплощенной трагедией". И самые её прославленные роли, конечно же, были в шекспировских пьесах. Кстати, и в повседневной жизни она выглядела так же величественно и мрачно, как её трагические героини на сцене.
Так вот, однажды уже пожилая Сара Сиддонс отправилась по своим делам куда-то в провинцию. И там зашла в лавку с тканями. Казалось бы, что такого?
Но это же была сама Сиддонс! Статная, таинственная, очень эффектная дама. Так что продавец в любом случае бы её запомнил. Но она к тому же и напугала его до полусмерти. Примерилась к куску белого полотна, стала вертеть его в руках, и... Своим глубоким голосом, слышным с любого конца театрального зала, с профессиональной замогильной интонацией спросила: "А оно отстирывается?"
Если учесть, что самой выдающейся её ролью была леди Макбет, можно представить, как это выглядело. :) Бедняга!
P.S. Подписывайтесь на мой канал по истории моды и костюма! И... чем больше лайков и перепостов, тем больше статей!
