Сегодня это называют модным словом дауншифтинг, немного раньше – культурой хиппи, еще раньше — аскетизмом и отшельничеством. Смысл и философия сводится к одному — жизнь для себя, вдали от родственников, от желаний и требований социума, быть свободным и независимым.
Вряд ли наши герои знают все эти термины. Леонид и Светлана познакомились всего несколько месяцев назад. Говоря по-простому – сошлись и стали вместе строить жизнь в лесном шалаше. Когда мы шли к ним в гости, то честно не знали, кого повстречаем. Спившихся бомжей – это была самая вероятная версия. Но все оказалось и проще, и сложнее одновременно.
На старой покрышке от автомобиля – импровизированный стол. Мы застали наших героев за поздним завтраком, который был неплох – помидоры, хлеб, колбаса. Встретили нас вполне приветливо: Леонид был доброжелателен и улыбчив, Светлана, поначалу несколько агрессивная и настороженная, потом тоже разговорилась.
У каждого – по четверо детей. Все взрослые, обеспеченные, с жильем. У обоих уже есть внуки. Леониду 60 лет, Светлане – немногим больше пятидесяти. Как очутились в шалаше, рассказал Леонид.
— Я простой человек… Мне же лучше так, чтобы свобода, чтобы никто не указывал. То — «батька сходи в магазин», то — «иди в за детьми в сад». В школу, если провинились внуки – опять я, сами не хотят. Своих детей четверых выгадаваў, а теперь что – и шестерых внуков тоже мне? Так я собрался и ушел.
Про свою подругу Леонид говорит, мол, жизнь у нее была сложная. В подробности никто не вдавался, но с тем, что муж «пил и бил» оба молча согласились. Как живется сегодня? «Да, хорошо», — отвечают чуть не хором.
Где добывают хлеб насущный и колбасу на завтрак? Мест, оказывается, полно. Так как пенсии они пока не получают, приходится подрабатывать. Летом и осенью – грибы да ягоды. Собирают и продают сами. Выгодно. На «старом аэродроме» живет одинокая старушка – Леонид у нее в постоянных помощниках. Огород вскопать, дрова наколоть. В частном секторе есть еще пару одиноких человек, им тоже подмога не лишняя. Да, и еще знакомая дворничиха зовет на подработку, когда не справляется. За работу Леонид и Светлана берут деньгами, не продуктами и не спиртным. Говорят, что хотят сами себе покупать, что нужно.
Где помыться и постирать? Вообще не проблема. Можно к дочкам – все в городе живут, можно к друзьям с квартирами и благами цивилизации.
Выпивают? «Ну, как все», — смущается Леонид. Спившимся алкоголиком он не выглядит, хоть и не отрицает, что алкоголь из его жизни не исключен.
А где же живут? Да вот он, шалаш. Внутри тепло, есть пледы, куртки, одеяла. Спать пока не холодно. А грянут морозы – им есть куда пойти. Помимо квартиры в городе, у Леонида есть вполне благоустроенный дом в деревне. С печкой, мебелью, крепкий и теплый.
Что делают вечерами, после работы? Сидят у костра, разговаривают, слушают музыку или радио. Леонид регулярно читает газеты. Наслаждаются тишиной и свободой от всего остального мира. По большому счету, им не важно, где жить, главное, чтобы в их жизнь никто не вмешивался, и никто не указывал, как это – жить правильно.
Они выбрали такой путь – с точки зрения общества, возможно, «не тот». Не сидят перед подъездами на лавочках с другими пенсионерами, не помогают взрослым детям нянчить внуков, не смотрят по телевизору бесконечные сериалы.
Однажды им всё надоело, и они ушли жить для себя, выбрав тропу простую и незамысловатую. Собственно, почему бы и нет? Не нарушая покой других людей, не совершая ничего противоправного, никому не причиняя вреда и беспокойства, они, наверное, имеют на это право.
И бросьте в меня камень, если хотя бы раз в жизни каждый из нас не хотел это попробовать. Перестать думать о других, о том, что всегда что-то должен, что нужно «быть на уровне», «соответствовать», чтоб «было всё, как у людей». Провести месяцок на свободе с легкой головой, без кредитов, коммуналки и бесконечного потока новостей.
Подумать о себе и пожить для себя…
Ранак