Аня с Димой пришли ко мне хмурые. Между собой не разговаривали. Явно по дороге ссорились. Что, думаю, за фигня? У меня день рождения, а эти с лицами, будто им объявили смертельный диагноз. Когда немного выпили, я увел Диму на кухню:
– Вы чего?
– Да ну ее! – сердито говорит Дима. – Дурацкие закидоны!
Ладно, думаю, муж с женой – сами разберутся. И продолжил веселье, стараясь не замечать эти унылые лица, благо было много других гостей.
А потом мы вышли с Аней курить. Я болтал о чепухе, рассказал анекдот, сам ему рассмеялся. Но Аня лишь вежливо кивала. И вдруг произнесла:
– Слушай, вот как вам, мужчинам, объяснить, что нам очень важно слышать от вас похвалы? Что мы очень хотим, чтобы вы нами восхищались. А вы все долдоны какие-то…
– Ну не все, – начал я, но затих, потому что на самом деле тоже «долдон».
Аня объяснила, что случилось. Они собирались ко мне. Аня до этого с утра сходила в парикмахерскую, изменила стрижку, чуть покрасила волосы. Возвращается домой – смотрит внимательно на мужа. Тот ей: «Ну чо, давай к Лехе уже!». Аня ему: «Ты ничего не замечаешь?». Дима, наконец, догадался: «А, подстриглась! Ну ладно».
Тут Аня и сорвалась. Нет, вообще она дама вполне спокойная и жизнерадостная. Но есть же «кумулятивный эффект». Когда накапливается и потом вдруг как рванет. Он не только в физике-химии, он в жизни гораздо чаще.
Аня стала кричать, что Дима болван и чурбан, что за десять лет их жизни ни разу не сказал ничего хорошего про ее наряды, прически, еду. Что только «ну ладно» она и слышала. Что от проклятого «ну ладно» ее уже колбасит и плющит. И так далее. То, что Дима брезгливо назвал «закидонами». В таком прекрасном настроении они ко мне и приехали. В пути Диме не пришло в голову, что можно извиниться, сказать что действительно болван, а стрижка отличная. Нет. Еще не хватало. Он выше этого.
Мы действительно не хвалим наших жен. Не восхищаемся ими. Либо делаем это быстро, вскользь, небрежно. «Ага, нормаль».
Муж – первый и главный человек в жизни любой женщины. (Дети не в счет, дети – это другое.) Именно муж должен первым бросаться с комплиментами. Муж должен нахваливать жену даже за тарелку хорошего супа. Женщине это нужно, женщина без этого чахнет. Женщина слишком эмоционально зависима. Это вообще самая важная «бьюти-процедура» – похвала мужа.
Думаю, многие браки разваливаются из-за того, что в семьях кругом «болваны и чурбаны». Устает женщина от бесчувствия, от пустых взглядов, вечного «ну ладно». Это действительно немного похоже на смертельный диагноз.
Как-то я приехал к своей первой жене. Точней, к дочке. Но и с женой мы в хороших отношениях, как старые приятели. Она спросила: «Есть хочешь?». Да, я хотел. К тому же готовила она всегда прекрасно. Тут она как раз запекла какую-то индейку или утку. Сажусь, отрезаю кусочек, жую. И восклицаю: «Вкусно-то как! Обалдеть! Все-таки ты гений кулинарии».
Бывшая жена даже чуть раскраснелась. Отвечает с усмешкой: «Раньше ты почему-то об этом не говорил». Не говорил, действительно. Или просто мычал: «Нормаль, ага». Что мешало мне раньше произнести «гений кулинарии»? Два слова. Да ничего. Просто для нас женские хлопоты – это как работа стиральной машины. Мы же не хвалим машину за то, что она крутит наше белье. Ну и тут не за чем.
Мужское туповатое равнодушие. Убийственное на самом деле. Машину, если сломалась, можно починить. Жену – нет. Ее чувства изнашиваются, замене не подлежат.
Да, я знаю: мы не всегда способны заметить новый цвет волос или еще какую-то женскую «чепуху». Но когда жена сама нам говорит «я подстриглась!», ну можно ведь отреагировать радостно. Сказать хотя бы: «Блин, слушай! Классно!». И всё. Этого ей достаточно. Она получила свою дозу «витамина», у нее кровь побежала веселей.
Но даже это нам зачастую трудно произнести. Мы же думаем о великом, о бюджете страны, операции в Сирии, сигналах из космоса, матче «Спартак» – «Зенит», нам не до глупостей вроде цвета волос.
Болваны и чурбаны.
…Однажды в торговом центре, в магазине одежды, я увидел пару. Муж и жена, лет сорока пяти, явно всю жизнь вместе. Жена выбирает легкое платье, они собираются в отпуск. Делаю вид, будто что-то высматриваю рядом, а сам осторожно наблюдаю. Она крупная дама, и красавицей не назовешь. Муж ей приносит в примерочную одно, второе, третье платье. Она волнуется, крутится, смущается: «А это как, хорошо?» Муж на каждое с неизменной улыбкой говорит: «И это тоже хорошо. Мне всё на тебе нравится». Та улыбается в ответ.
Я забыл, что сам хотел купить. Так ничего и не купил. И неважно. В тот вечер я будто прекрасное кино посмотрел. Про любовь.
Алексей БЕЛЯКОВ