Это сложно уместить в словах — просто нужно почувствовать один раз, и тогда всё становится на свои места. Ты испытываешь непередаваемый трепет перед чем-то необъятным и могущественным. Ты понимаешь, что ты абсолютно зависишь от вещей, которых даже не можешь осмыслить. И, более того, от этой зависимости тебе становится хорошо и спокойно. Ты чувствуешь, что сейчас всё происходит именно так, как и должно происходить. Правильное время и нужное место. Тебе спокойно и легко.
Небо стремительно принимало холодные оттенки, обреченно догорая над изрядно почерневшими облаками. Вместе с тем, температура воздуха тоже ощутимо двинулась вниз. Лениво начали загораться первые светлячки в этом бескрайнем поле, нависающем над нами. Мы знали, что пора идти спать.
В нашей лачуге был сделан настил, на котором лежали бамбуковые циновки. Под голову разрешалось брать валик из мешковины, набитый какой-то душистой травой со склонов, тёплая шерстяная шаль служила одеялом. За день мы уставали так сильно, что вырубались практически сразу, не придавая значения ночной прохладе. С подъемом проблем тоже не возникало, так как старик не давал нам спать лишнего, настаивая на том, что мы всегда должны вставать раньше светила: это наша прямая обязанность — кланяться началу нового чудесного дня. Мы успешно проваливались в сон, когда скрипнула входная дверь, и на пороге появился дядя Эбро, в руках которого были какие-то вещи. «У меня кое-что есть для вас, драгоценные мои, у меня такое чувство, что вы уже готовы для новых свершений», — привычно зазвучала его речь. Старик достал два мешка, в которых были светлые и темные камни, высыпал их на плоскость между нами. Пододвинув по паре глиняных горшков каждому, он выдал детальную инструкцию: «Каждый день перед сном вам необходимо вспоминать, что вы делали, думали или говорили плохого и хорошего. И за каждое положительное действие в сосуд необходимо закидывать светлый камушек, ну, а за отрицательное, соответственно, тёмный. Если вам всё понятно, то начинайте прямо сейчас», — он уже собирался уходить, но в дверях вспомнил ещё одну важную вещь: «Первую неделю, дорогие мои, нужно, чтобы каждый день горшки звенели не менее десяти раз».
Мы переглянулись с другом и, скрипя зубами, начали осваивать новые условия пребывания в этом месте. Дядя Эбро много говорил о том, что такое позитивное и негативное, но легко судить кого-то со стороны, а вот анализировать себя, будучи физически вымотанным, оказалось настоящим испытанием. Тем не менее, пока я угрюмо копался внутри своей головы, горшочки весело зазвенели. Я поднял голову на Максуда, и он тут же отправил ещё один по нужному адресу. И тут меня озарило: я завидую своему другу, а это явно нехорошо! Схватив тёмный камень неправильный формы, я швырнул его в сосуд, радуясь тому, что дело сдвинулось с мёртвой точки. Я вспомнил, как критиковал вслух за глаза нашего учителя, который был предельно добр с нами, несмотря на вечное бурчание. Но должно же быть хоть что-то хорошее во мне, или, вправду, мозаика моей личности состоит только из чёрных фрагментов?
— Макс, скажи мне, сделал я в этот день что-то доброе? А то мне кажется, что я конченый злодей, — обратился я к другу, который успешно заканчивал вечерний квест.
— О-о-о, Дилшод, ты самый великодушный человек из тех, кого я знаю! — нараспев театрально начал он подкалывать меня.
— Нет, ну правда, я не могу вспомнить ни одного достойного поступка за сегодня.
— Ну, как же! А кто показал мне, как удобнее вырывать траву, что существенно облегчило мою жизнь? А кто похлопал по плечу и рассмешил, когда я готов был убежать домой? Продолжать?
Я улыбнулся в ответ и понял, что мир состоит из мелких-мелких деталей, и мы буквально по крошечному камушку, по крупинке наполняем его. От нас зависит, какого он будет оттенка: светлого или темного. Буквально всё: наше настроение, этот день или вся жизнь целиком. Всё зависит только от нас. Именно мы каждую секунду делаем выбор. Мне стало немного грустно от понимания того факта, что я расходую свою жизнь на нечто недостойное, когда мог бы окрашивать её в радужные тона. Конечно, я не творю откровенного зла, но эти мелкие обиды, зависть или гнев разрушают в первую очередь меня. Это мой горшок наполнен темной холодной массой. Я решил выдать себе небольшой аванс и постараться отыскать хотя бы что-то несущественное, но достойное уважения. Я сидел над грудой камней и напряжённо сканировал весь сегодняшний день на предмет позитивных примеров своих поступков, слов или мыслей. Мой товарищ же уже около часа, как дремал, благополучно выполнив задание. И меня тоже неминуемо утаскивало в сон.