За окном дождь. В окне кот. Он смотрит на капли, стекающие по стеклу. Словно маленькие мышки, они бегут друг за другом и исчезают в темноте. Кот пытается поймать лапой каплю, но она на той стороне окна и недоступна.
За кухонным столом сидит женщина. Перед ней, на самой обыкновенной клеенке в клеточку, стоит ноутбук. На его экране светится одно единственное окно. Его аккаунт заблокирован. Он недоступен.
Женщина не ловит капли, стекающие по ее щекам. Они живут своей жизнью, вытекают из глаз и бегут друг за другом, как те, за которыми следит кот.
Она не плачет. Внутри ее абсолютный покой и тишина.Ни сожалений, ни жалости к себе, ни горечи утраты, ничего. Только откуда эти слезы? Это ее тело очищается от прошлого. От того, что больше не греет, не дарит радость, не обещает надежды на будущее. От любви.
Всего несколько дней назад она была счастлива. Прыгала от счастья, как маленькая девочка, когда читала его письма, когда видела его в сети и предвкушала их долгие ночные беседы. Они часами болтали обо всем, о своих близких, о работе, о прочитанных книгах, просмотренных фильмах.
Он писал ей только по ночам. Днем он был занят. Вокруг него крутилась жизнь, не дававшая ему ни минуты покоя. Вернее, покой был предписан, но слишком много хотелось успеть и он тратил дневные часы на важные, как ему казалось, дела.
А ночь он посвящал ей. Ему было с ней спокойно и светло. Словно солнечный лучик согревал его в ночной темноте. И вся боль уходила в никуда, растворялась за ее словами.
Она , казалось, жила только в эти ночные часы, только они были для нее реальностью. А все, что происходило до или после, было сном. Сном, от которого хотелось по скорее очнуться и снова окунуться в темноту.
Днем она уходила в клинику, надевала халат и маску и приступала к работе. Вокруг нее были люди, здоровые коллеги и больные пациенты. Со здоровыми она общалась только по делу, никаких личных разговоров. С пациентами была предельна внимательна и вежлива. Кто-то из них уходил на время, а потом возвращался. А кто-то уходил навсегда.
Она привыкла за много лет пропускать через себя чужие жизни и смерти. Смерть ее не пугала, она стала частью ее работы. От прощания с близкими ее берегла судьба, а те, кто приходил к ней на прием, были от нее далеко и она привыкла. Ее сердце не зачерствело за многие годы работы в клинике, нет, просто слишком уж часто она подписывала последние в жизни документы уходящих навсегда. Слишком часто видела слезы родственников ушедших.
Она научилась по глазам определять отмеренный человеку срок, не заглядывая в историю болезни. И глаз этих было много.
Они познакомились в сети и как-то сразу стали родными. Родными по духу, по интересам, по общим мечтам. Он не обещал ей ничего, все она придумала за них сама. Сама придумала будущее и совместную жизнь.
Кто он, она до конца не знала, да и было это не важно. Это был по настоящему близкий человек, а это главное.
Но однажды она не выдержала и спросила его имя. Он не сразу ответил, но все же назвал себя. Ей показалось, что имя его она уже где-то слышала. Но мало ли похожих имен и фамилий в мире, тем более таких простых, как у него.
На утро она , разбирая истории болезней у себя в кабинете и готовясь к работе, прочитала это имя на одной из карточек. А затем , во время обхода заглянула в глаза . В глаза тому, кто стал частью ее жизни. Она знала его диагноз, знала, что отмерено ему уже немного. И глаза говорили о том же. Но верить не хотела, хотела продолжать жить своей ночной сказкой. И сказала себе, что это не он, что, просто тезка и все.
Прошло несколько дней. Они по прежнему переписывались. она рассказывала ему о своей работе, он о своей. Значит, она была права, это не тот, который у нее в клинике. И ее отпустило. Она снова стала ждать писем, сочинять их совместное будущее и строить планы.
Как-то , придя с утра на работу, ей принесли на подпись документы с знакомым именем. И, впервые, она вся сжалась внутри и долго не могла найти в себе силы, чтобы закрыть этот последний в жизни документ дорогого ей человека. Она сидела, глядя на строчки и слезы капали и капали у нее из глаз.
Капали они и вечером , когда она вернулась домой. Писем не было. Ждать было нечего. Мечты закончились. Закончилась история ее любви.
Только кот играл с каплями, бегущими по стеклу.