Существует давняя традиция характеризовать человека как говорящего животного.
Однако замечательная способность использовать изображения принадлежит только человеку.
Есть ли концептуальные причины для этого или совпадение?
Такой вопрос относится к философии языка точно так же, как и философской визуализации.
Сравнение двух способностей использовать слова. или рисунки дают несколько схожих черт, а также отличий.
Хорошо известное концептуальное несоответствие между картинками и словами проявляется в их отношении к восприятию: различие может быть в дальнейшем определено в актно-теоретической манере. четырьмя способами использования транспортных средств со знаками во время действия соответствующих знаков.
Кроме того, дихотомия "фигура/земля" означает что-то иное для использования языка и изображений.
В обоих случаях, однако, существует тесная связь с теми функциями создания контекста, с помощью которого люди могут общаться друг с другом, не только в связи с нынешней ситуацией с поведением, но и в связи с произвольными условиями.
Хотя структурное сравнение проясняет следующее концептуальные отношения, это не может объяснить, что концептуальная структура должна быть таким.
Таким образом, документ завершается программой "концептуально-генетического" рассмотрения двух возможностей (т.е. использование формулировок, содержащих предложения, или использование фотографии) который может дать нам такой фундамент.
Старая европейская традиция характеризует человека как говорящего животного.
Тогда мы имеем в виду, по существу, использование предикативных посылающих структур, таких как утверждения.
Тем не менее, замечательная способность использования фотографий также принадлежит только людям, после всего, что мы пережили до сих пор.
Есть ли концептуальные причины этого эмпирического совпадения? Такой вопрос относится не только к философии языка, но и к философии визуального мышления, которое начинают рассматривать в последнее время как самостоятельную дисциплину.
Прежде чем думать о различиях и сходстве в использовании языка и изображений, некоторые пояснения по вопросам философской визуализации, особенно в отличие от истории искусства, могут оказаться полезными.
Вопросы философской визуализации
Давайте оставим без внимания тот факт, что традиционная дисциплина - история искусства исследует картины и другие артефакты в художественных рамках (т.е. в довольно специфических рамках).
Кроме того, важно анализировать специфические свойства конкретных живописных произведений, зачастую лишь на неявном фоне, определяющем понятие "быть картиной" в целом.
Косвенное прояснение этого общего вопроса с помощью исследования особенностей все еще возможно, но по существу остается побочным эффектом.
Искусствоведы вполне можно охарактеризовать как исследователей, посвятивших себя научному рассмотрению отдельных произведений искусства и взаимосвязям между ними в основном (но не только) в их историческом аспекте развития.
Напротив, мы должны говорить о философской визуализации, если научное исследование интереса переходит к вопросу, что на самом деле означает быть в состоянии справляться с картинками в виде картинок.
Как мы можем представить себе, например, то, что появилась такая выдающаяся способность - или точнее:
как можно мы представляем себе развитие существ с таким талантом?
И что вытекает из характеристик, полученных таким образом для других наук об изображении (среди них, конечно, история искусства).
Продолжение в следующей статье
