Она оглянулась вокруг, зная, что кто-то мог услышать нас. А потом она повернулась ко мне и тяжело вздохнула. В ее глазах я увидел горечь. Ничего не сказав, она вывела меня из вестибюля. "Я хочу с ним познакомиться", - сказал я. "Я хочу встретиться с Джейкобом." К тому времени мы уже стояли снаружи здания. Она ничего не сказала. Она бросила свой взгляд на асфальт перед нами. А потом мы молчали. В молчании у меня осталась затянувшаяся мысль, что это все ошибка, что я не должен приезжать на Юг, что я смотрюсь сейчас не более чем просто жалкий человек в ее глазах. Наверное, она инсценировала самый добрый способ избавиться от меня в своей голове. Наконец, я спросил: "Ты действительно... хочешь, чтобы я ушел?". Даже в моих собственных ушах эти слова звучали отдаленно.
Она дрогнула и быстро посмотрела мне в лицо. "Джимми, пожалуйста..." - она мягко сказала, трогая меня за руку. Ее умоляющие глаза и морщинистые брови, когда она смотрела на меня, заставили меня понять, что она все еще любит меня. Она просто любила его больше.
"Подожди здесь, никуда не уходи, ладно?" Она мягко, но очень серьезно сказала мне, и я не кивнул ей. Потом она оставила меня и вернулась в здание. Когда она, наконец, спустилась, ее пальто было в левой руке, набор ключей в другой. "Да ладно тебе", - сказала она, - и я последовал за ней, пока мы не добрались до ее машины. Мы сели в ее машину, и она уехала, оставив позади то белое серое здание. Я видел, как здание в зеркале заднего вида становилось все меньше и меньше по мере того, как машина разгонялась. Я забыл о своей репетиции перед поездкой на Юг, забыл о собственной машине, забыл о Джейкобе, просто хотел, чтобы она увезла меня подальше от всего, подальше от любого человеческого существа, в неизвестный человечеству мир, чтобы остались только мы вдвоем.
Она не привела меня в мир, неизвестный человечеству. Вместо этого она отвезла меня в квартиру, где остановилась на юге. Это была довольно маленькая квартира. Я увидел кровать, как только вошел в квартиру, с мини-кухней. Раньше это была небольшая гостиная, где телевизор и диваны были. Длинный диван был тем, что разделил зал на гостиную и спальную зону. Справа был узкий коридор, который соединял, вероятно, ванную комнату. Место пахло как она, и у меня вдруг появилось ощущение знакомства. Все было аккуратно и чисто, как она всегда держала свое место.
Она медленно подошла к дальнему окошку, где стояла кровать, и села на неё. Я последовал за ней и молча стоял у окна, как беспомощный человек. Тишина росла, она продолжалась и продолжалась. Это оттолкнуло нас на некоторое расстояние. Я чувствовал себя далеким, далеким от нее. Внезапно она перестала сидеть на кровати в пределах моей досягаемости, теперь она была в двух шагах от меня, и я мог видеть ее и кровать только издалека. Они были такими маленькими, уменьшались все меньше и меньше, а потом исчезли.
"Иди сюда", - сказала она, поразив меня. Я повернулся и увидел, что она все еще на той кровати. Она протянула мне руку. Я подошел ближе к кровати и сел рядом с ней. Она чувствовала себя такой защищенной рядом со мной. А потом она подняла руку, чтобы прикоснуться к моей щеке, и подтянула меня ближе. Моя голова упала ей на плечо, и тогда я понял, что она рядом со мной, никогда не чувствовала себя так защищено, и я сказал: "Не бросай меня". Она затянула ручку на моей голове, и я обнял ее, повторяя: "Не оставляй меня".