Нет-нет да И заболят переломанные ребра, напоминают о 1925 годе. Только навстречу овчар с посохом - и боль опоясывает. Зачем жиром и овечьими шкурами лечила его Дела почти 20 лет назад. Между жизнью он тогда и смертью метался. Едва ночью погода к перемене - снятся те палки и жирные, распирающая сапоги, игры... Женщины начнут мыть топтать свои домотканые половики в реке, и тут боль подоспеет. Семь дней ему кости крошили из-за "марсельезы". Других прегрешений перед старой властью не имелось. Другого актива он и для новой не накопил. На восьмой день стали его отливать, подняли на ноги. Когда вошел в парикмахерскую, крестьяне замокли, встали.Только кисточка плескала пеной да Рангел-сторож всё говорил: "Эх, матерь божия, ну и редкая учителева бородушка. Что с ней, что без неё! Однако, по культуре, и ей парикмахер требуется. Социалист без бороды да невеста без фаты - это ж псу под хвост. Учитель, слышишь, когда тебя женить, когда новая вырастет, а то, может, и бритого?" - Его прибаутки рассмешили крестьян, все смеялись без удержу. Учитель кротко улыбнулся из буйной пены. "Шутки у тебя, Рангел, право слово, недозрелые", - говорил он, чтобы скрыть слёзы, сам глядел в окно, на деревья айвовые во дворе, плоды покрыты были пушком, ни дать ни взять юношеские щеки, целое лето плоды зреют, а осенью их всё-таки зелёными собирают.
"Вечером надеть новый костюм. Правда, тепло, но старосте без пиджака перед народом стоять не пристало". "Добрый вечер, господин староста". - "Здравствуйте, господа крестьяне. Расскажите о своих заботах". Надо так: "Конец мучениям и вашим и моим". Свобода, братства, равенство! Сколько на земле маяться? Хватит, натерпелись. Давайте хлебом и добром наполним дома свои".
Дверь приоткрылась. На лице цыгана осветилась улыбка слоновой костью. Загорелый, хрупкий, тонкий, как пергамент, гибкий в суставах, как змея.
"Хорош. Вели такому дать табун в 300 корней, тогда лишь и смотреть, повезёт ли этакий магараджа в чужой курятник?
Учитель дружелюбно указал на стул. Цыган нахлобучил кепку и сказал:
- Здорово, брат. Папироску Дай!
- Какой он тебе брат, это господин староста, балбес ты такой! - Писарь стукнул кулаком по столу.
- Будь добр, кулаками не маши. Сейчас всё выясним. У тебя ведь руки золотые, я понимаю. В прошлом году из старого гвоздя сделал замок для школы.
- Помню. Всё. В точку так и было дело, брат.
Продолжение