- Бегом, понимаете, во двор! Пулей! Всё!
- Как так, Павел? Разве можно? Они же на уроке!
- Идут, учитель, большие перемены! Мы, понимаешь, к тебе, ты нам нужен!
Зашевелились школьники. Долговязый какой последней парты подал голос:
- Ох и будут его бить!
Подкинул шуточку. Сразу видно, И второгодников, вольный казак, русый чуб, шея, как у молодого быка, слишком уж он любознателен ко всему, кроме школы, какая уж тут успеваемость.
- Что, будете бить, да? - Парнишка подмигнул лукаво.
Петр и Павел дружелюбно улыбнулась в ответ.
- Ну нет, не бить будем, а сделаем, понимаешь, его, учителя вашего, старостой.
- Классная идея! -Заорал второгодник. И продолжил, будто отвечает урок: - В природе ничто не исчезает. Природа не терпит пустоты.
Русоволосый покраснел от удовольствия - как же, перед всеми заслужить симпатии этих двоих... Что-то ему подсказывало, на этот раз летние каникулы продлятся и затянуться...
- Чего маяться, мужики? Ай да во двор! Куда глаза глядят! - И он показал на дверь, повалили к двери остальные мимо всё ещё не пришедшего в себя учителя. А сам тем временем расстегнул куртку, видно, была ему мала. - Можно начинать!
- Сегодняшнего дня, обронил Павел, - хозяин в селе будешь ты. И все подчиняться должны тебе. Все Теперь, понимаешь, твое
- Как так, дети? За что мне эти муки? - Доходяга стал застегивать свой обдерганный пиджачок из английского сукна, уж сколько лет державшийся на острых плечах. Прибавил наконец: - Я же не тому учился...
- Э, учитель! Откроем школу для старост, тогда тебя освободил...
Временно, значит... Правда ваша, мужчина я и нет...
Он сглотнул слюну. Из школы вышли вчетвером. Площадь была уже пуста, дети разбежались; осела битая ногами пыль, ни живой души. И колокольня опустела - нет уже в аистином гнезде птенцов; кажется, вчера ещё аистята были маленькие, а вот улетели, как выросли - и не заметил. Всё село словно спало беззвучно, в сентябрьском мареве разлеглись проследки от колес. Спала и колокольня, и гнездо на ней из виноградной лозы. Доходяги почудилось, что именно там, внутри, среди прутьев, и может быть что-то живое, тёплое, забытое крылатым хозяином; может быть, вернуться... Можно бы вернуться, само собой, и быть свободным в своем полете - ты один, и твоя лишь тем скользит под крылом.
- А вы куда?
- Дыши глубже, учитель. Мы еще вернемся.
Они засмеялись втроем, чтобы доставить своему учителю удовольствия. Хмыкнул и Доходяга. Когда-то он основал гимнастическое общество в силе. Оно развалилось, но присловье "дыши глубже" осталось шутливым напоминанием о тех годах.
Так и пошли до управы. В канцелярии, где обычно сидел староста, в одном и шкафов Петр нашёл сундучок, Достал из кармана ключ. Сунул учителю две печати, ключ от пустой кассы, пожали руку и попрощались. Где-то за углом затихал мотор мотоциклета, потом второго. На заднее сиденье одного из них вскочил и второгодник. Автомат Павла перебросил себе за спину. Хоть и был парнишка широк в плечах, но ремень оказался длиннее, соскользнув, оттягивая плечо...
*********
На завтра учителя поглотили канцелярские дела. Рассыльный принёс миску похлебки с курицей. Застелил чистым полотенцем стол, выложил ложку.
- Господин староста, если господин староста любит острое, в столе имеется перец.
Обращение смутило Доходягу. Он сперва и не сообразил, что староста - он. Рассыльный позволил себе полезть в стол. В ящике действительно перекатывались перцы. Несколько с отгрызанным верхом и выпотрошенная семенами рассыльный прибрал и отбросил.
- Прежний, не любил, чтоб поострее...
- Доходяга поблагодарил за похлебку; над тарелкой поднимался порок, но скоро поверху пошли желтоватые кружки жира.
"Прежний староста, - подумал про себя Доходяга, - дрянной был человек, но дело знал и всем селом вертел..." Окно глядело в низину, на высохшее болотце. Края избороздила вода, видно было, как и куда она шла после дождей. Насчитал 9 извилистых борозд и вспомнил об учебном пособии "скелет человека", заброшенном в подсобку. "Дрянь был Стефан, это точно... так неужели же я, учитель литературы, преподаватель гимназии, окажусь хуже того! Переписка У него волна орфографических ошибок, порядок слов нарушен, всё дыбом. Мир опять дыбом, Но в этот раз молодые не забыли о просвещении, на высокий престол усадили".
Рассыльный преданно смотрел в тарелку. Смущённо выдавил:
- Господин староста, если господин староста любит с чёрным перцем, так в левом ящике...
"Возьмусь серьёзно за работу, необходимо оправдать высокое доверие. Хлеб - голодным, кров - бездомным. Павел и Петр знают, что делают. Я их учил, вон какие на моих дрожжах поднялись!"
- Что, господин староста, будут какие приказания?
Писарь выжидал терпеливо, целый день, с отточенным карандашом; а увидел миску с похлебкой, терпение лопнуло.
- Так. Пиши! Выслать грузовик за плоской черепицей и немедленно, до дождей, перекрыть на школе крышу.
- Стефан, земля ему пухом, в этих делах не разбирался, доски все и прогнили, точно. Еще хорошо бы стрельнуть...
- Что-что?
- Говорю - стреляли...
- А ты слышал? - Доходяга, так и не начавший есть, выронил ложку. В Блеснув, она на потонула схватившейся жиром похлебке. - Ты кого это господу отправляешь? Как так? Без суда, без следствия?
Продолжение https://zen.yandex.ru/profile/editor/id/5da029c8a660d76450fd426c/5da5fa2bfc69ab00b2e512bb/edit