Как-то неумный шофер слил черную жидкую смолу или гудрон прямо в небольшой овраг в поле. Ночью, привлеченные поблескивающей под луной поверхностью этой гадости, пара уток с ходу опустилась на самую середину и увязла.
И пока этот вар окончательно не затвердел, в нем пропали еще несколько живых существ.
Но, пожалуй, наибольший урон несут перелетные стаи, преодолевая огромные водные пространства — моря и океаны.
Сколько надо сил, чтобы без отдыха преодолеть многие мили даже в тихую погоду? А коль в пути застигнут непогода, шторм, сильный ливень или снегопад, то совсем беда.
Кому приходилось бывать в море осенью или весной, наверное, замечал, как опускались на мачты и реи судна обессилевшие пичужки. При этом многие из них почти полностью теряли природный страх перед человеком и опускались на палубу в трех-пяти шагах от людей.
К счастью, большинство моряков с сочувствием относятся к пернатым путешественникам и редко обижают их. Считается плохой приметой нанести вред опустившейся на борт птице.
Выйдите из дома темным осенним вечером и прислушайтесь. Откуда-то сверху долетают еле слышные голоса. То спешат на юг невидимые стаи.
Мы привыкли, что с конца лета большинство наших птиц улетают на зимовку на юг. И на смену певцам полей и рощ, покинувшим нас на многие месяцы, в среднюю полосу с севера прибывают свиристели, чечетки да щуры.
Некоторые из них: отдельные виды альбатросов, серый и тонкоклювый буревестники появляются в наших водах регулярно из года в год.
Один из них — темноспинный альбатрос. Хотя и не вышел ростом среди своих собратьев, все равно солидных размеров.
Он величиной с гуся, а размах его длинных и узких крыльев превышает два метра. А ведь бывают среди альбатросов и такие, с которыми по размаху крыльев не может тягаться ни одна из ныне существующих птиц. Таков странствующий альбатросу — самая динно-крылая птица. Его распахнутые крылья достигают трех с половиной метров. Да и вес этой птички солиден — до двенадцати килограммов. Из летающих птиц тяжелее его только дрофа — ее вес 22 килограмма, да лебедь, который может быть лишь чуть тяжелее странствующего альбатроса.
Наши альбатросы легче его почти в три раза.
При беглом взгляде темноспинный альбатрос напоминает большую чайку с двуцветной окраской. Он белый, и лишь спина да верхняя поверхность крыльев темно-бурые, с длинными узкими крыльями и легким полетом.
Альбатросы невольно привлекают к себе внимание, когда вдруг появляются над волнами. То они легко парят на совершенно неподвижных крыльях, слегка покачиваясь с боку на бок, как бы уступая место взметнувшемуся гребню волны, то совершают несколько глубоких взмахов, чтобы вновь раскинуть крылья и реять над волнами.
Россияне могут наблюдать альбатросов лишь парящими над морскими просторами или на плаву, когда птица высмотрит с воздуха корм и опустится за ним на воду. На земле нам наблюдать этих птиц не дано, ибо вне периода гнездования они совсем не появляются на берегу, встречая в море даже самые сильные штормы и бури.
Основной корм альбатросов — головоногие моллюски, кальмары, каракатицы, а также крупные планктонные ракообразные, другие беспозвоночные и мелкая рыба. Но альбатросы привыкли использовать отходы зверобойного и рыбного промысла и часто следуют за промысловыми судами.
Не брезгуют они и кухонными отбросами, попавшими за борт.
Как же живут эти птицы у себя на родине?
Те альбатросы, которых наши моряки встречают в Дальневосточных морях, гнездятся на Гавайских островах. Их гнездование приходится на нашу зиму, и сейчас, в октябре, взрослые особи покидают пределы наших территорий.
В ноябре они появляются на уединенных песчаных пляжах. И мы были бы нимало удивлены, увидев большие массы птиц по нескольку сотен, а то и тысяч вместе. Альбатросы невероятно привязаны друг к другу. И после долгой разлуки самец дожидается свою подругу вблизи того места, где когда-то было их прежнее гнездо. Здесь они устраивают ритуальные игры, вставая «на цыпочки» и вытягивая вверх шеи. Расправляют и складывают друг перед другом крылья, соприкасаются клювами.
Гнездо у наших альбатросов — неглубокая ямка в песке, пяти сантиметров глубины и около одного метра в поперечнике. Туда, на дно этой ямки, самка и откладывает единственное яйцо. Оно величиной с гусиное, белого цвета, с шероховатой, словно побеленной известкой скорлупой.
Начинается длительная пора высиживания. Более двух месяцев насиживают оба родителя яйцо, изредка сменяя друг друга. Порой самец в усердии превосходит самку, уступая изредка ей место. Птенец, покрытый белым пухом, появляется в январе, феврале.
Он долго выбирается из скорлупы, затрачивая на эту процедуру иногда до трех суток.