Начало истории здесь
Катя яростно принялась наводить уют в своем новом жилище. С первой же зарплаты купила недорогие веселенькие обои, белую краску (для рам и подоконника) и коричневую (для пола). У бабулек на рынке приобрела самосшитые из цветных лоскутков коврики и постелила у дверей и возле кровати. Сшила из цветастого ситчика занавески, а на кровать где-то раздобыла плотное белое покрывало, по которому разбросала несколько ярких маленьких подушек. Заставила подоконник цветами в одинаковых (чтоб лучше смотрелось) горшочках.
Старенькую тумбочку, оставшуюся от прежних жильцов, оклеила остатками обоев, пристроила в угол у дверей и приспособила под хранение продуктов, не требующих холодильника. На саму тумбочку поставила электрический чайник, чашечки с блюдцами, сахарницу. Попросила знакомого из общежития, чтобы он прикрепил ей к потолку деревянную планочку под прямым углом к дверному проему. От этой планочки пустила вниз до самого пола полотнище (в тон занавескам), низом которого тоже обернула деревянную дощечку (чтоб не трепыхалось). Получилось, что тумбочка стоит в этакой нише – заходишь в комнату, и сразу не видно.
Надо ли говорить, что девчонки любили собираться на вечерний чай или просто поболтать именно в Катиной комнате. Праздники и дни рождения чаще всего отмечали тоже у нее. (Никогда. Никогда не бывало гостей и шумных застолий у Катиных родителей.)
Годы шли, состав собирающейся в Катиной комнате компании менялся – одна за другой девчонки упархивали из общежития замуж. Из прежних оставались только сама Катя и Некрасивая Люба (была еще Красивая Люба, но та давно семейная). У Некрасивой Любы крупное лицо, в центре которого располагались прижатые друг к другу маленькие глазки под белесыми бровями, маленький нос и крохотный, будто просто обозначенный ротик. Все остальное – это лоб, скулы и щеки.
Катя же если не распугивала, то настораживала потенциальных женихов своей заботой, которую обрушивала на них буквально с момента знакомства.
- У тебя пуговка оторвалась, давай пришью.
- Что ж ты в грязной рубашке-то ходишь, оставляй - постираю.
- Куда же ты без завтрака? Успеешь на свою работу.
Все как один, мужчины ретировались от чересчур хозяйственной и домашней Кати, боясь, что их хотят связать по рукам и ногам брачными узами.
Игоря она встретила незадолго до своего тридцатилетия. В общежитии отмечали очередной день рождения, и Игорь оказался приятелем новорожденного. Гостей пригласили много и столы накрыли прямо в коридоре. Игорь как-то сразу выцепил взглядом Катю. Когда подошли опоздавшие, оказалось, что не хватает приборов.
- Я принесу! У меня есть, - вызвалась Катя.
- Я Вам помогу, - тут же поднялся с места Игорь.
Когда они зашли в Катину комнатку (где она время от времени меняла что-нибудь в обстановке), Игорь застыл, как в музее.
- Ух ты! А кто это все…, - он повел рукой.
- Да я сама.
- Волшебница-а.
И тут Катя впервые к нему по-настоящему пригляделась. Подошла ближе.
- Вам, правда, нравится?
Игорь кивнул головой.
- Ой, а у Вас на пиджаке пятнышко. Снимайте, я почищу.
- Что, действительно? А я и не заметил.
Улыбаясь, Игорь снял пиджак. Пока Катя занималась пятном, она узнала, что Игорь стоматолог. Что никогда не был женат и всю жизнь жил с мамой. А полгода назад мамочки не стало, и Игорь только-только начал отходить от горя. Катя понимающе-сочувственно смотрела на него.
- Ну вот и все.
Она протянула Игорю пиджак. От пятна не осталось и следа.
- Вы точно волшебница, Катя.
Потом они несколько раз встречались и, наконец, Игорь пригласил Катю к себе. Квартира Игоря оказалась маленькой двушкой и выглядела бы уютно, если бы не грязь, пыль и застывшие пятна жира на кухне. «Мужчине тяжело одному» - решила Катя.
- Ну что, будем готовить ужин?
- Подожди, Игорь, тут бы прибраться… Как же мы на такой кухне сидеть будем?
- При мамочке, конечно, такого не было, - опечалился Игорь, - а я вот как-то… все привыкнуть не могу.
- Все в порядке, - Катя погладила его по плечу, - мне не трудно.
- Ну тогда, может, я за вином схожу? – сразу воспрял духом Игорь.
- Ага! – обрадовалась Катя.
Когда Игорь вернулся, в кухне все сверкало как новое и умопомрачительно пахло.
- Моя волшебница, - проникновенно произнес Игорь, прижимая Катю к себе.
Утром Катя мужественно принялась за уборку остальной квартиры. Проснувшийся почти к обеду Игорь был сражен наповал.
Позже он повез Катю в кино.
- Постой пока тут, я сейчас,- сказал Игорь, когда они вышли из подъезда.
Катя осталась ждать и минут через пять услышала…нет, не может быть! Тот самый звук! Игорь подъехал на старенькой тарахтящей иномарке!
В общем, впервые у Кати закрутился настоящий любовный роман. Однажды, проснувшись в Игоревой спальне, Катя потянулась и, заметив, что Игорь тоже проснулся, сказала:
- А у меня сегодня день рождения.
Игорь, опираясь на локоть, навис над Катей лицом.
- А выходи за меня замуж.
Так Катя тоже упорхнула из общежития. Игорь полностью переложил на ее плечи обстановку (теперь уже их общей) квартиры и только выдавал деньги, то на ткань, то на очередную вазочку, то на какую-нибудь этажерку.
Однажды в мае Игорь с загадочным видом повез Катю куда-то за город.
- Закрой глаза, - сказал он, свернув с шоссе на узкую грунтовку.
Катя послушно закрыла глаза, смутно догадываясь, куда ее везут, но боясь разочароваться. Машина остановилась.
- Не открывай!
Игорь за руку вывел Катю из машины и заставил сделать несколько шагов.
- Открывай!
Она распахнула глаза, и в ту же секунду в голове закрутились образы – Милка, смеющийся рот ее мамы, крошки хлеба на покрывале, расстеленном прямо на траве, крутящиеся шампуры с аппетитным поджаристым шашлыком.
- Принимай владения, хозяйка!
Комочек. Тот самый мягкий и теплый комочек снова ожил и зашевелился в ее груди после долгого сна. От переполнявших ее чувств Катя расплакалась, тут же засмеялась и начала прыгать от радости, кружась и раскинув руки в стороны.
В домике царило запустение и паутина по углам.
- Я здесь не был с тех пор как мама…,- виновато сказал Игорь.
И снова со своей бешеной страстью к наведению порядка и уюта Катя взялась за дело. Потом они вернулись в город, закупились продуктами, собрали все необходимое и снова уехали на дачу.
Игорь вскапывал грядку и вдруг вскрикнул, согнулся, одной рукой опираясь на воткнутую в землю лопату, другой – ухватившись за поясницу.
- Игореша, что? Что случилось? – кинулась к нему Катя.
- Спина, - сквозь зубы проговорил Игорь.
- Иди-иди, займись шашлыком, я сама.
- Волшебница, - сказал Игорь, разгибаясь, выпустив из рук лопату и поцеловав жену в щеку.
За лето Катя вырастила такой урожай (почти все делала сама – у Игореши спина), что не хватило запасов пустых банок мамы Игоря, чтобы все это засолить и замариновать.
Через некоторое время появился ребенок, а потом и второй. Игорь оказался любящим отцом и взял на себя прогулки с коляской.
Катя всюду успевала – и квартиру в порядке содержать, и кормить всю семью, и за детьми ухаживать и на даче пахать. Правда, осунулась немного и подурнела. Но Игорь этого не замечал. Он боготворил жену, на которой все держалось, и с радостью отдавал каждый месяц зарплату.
Тут, пожалуй, самое время вспомнить про Некрасивую Любу. Когда общежитие перестало полностью принадлежать пищевому комбинату, поселилась по соседству с той шустрая и добродушная парикмахерша Танечка.
- Да разве ж можно с твоим лицом так волосы носить? - воскликнула она и усадила Некрасивую Любу на табуретку посреди комнаты.
Танечка распустила ей пучок на затылке (волосы оказались на удивление густыми и здоровыми) и несколько секунд, как скульптор, разглядывала это великолепие, прикидывая где и что убрать.
А потом взяла ножницы – чик-чик надо лбом, чик-чик где-то ниже ушей, и вот уже обширный Любин лоб закрыт эффектной челкой, а щеки красиво обрамлены ниспадающими каскадом густыми прядями.
Женихи сразу в очередь не выстроились, но зато Некрасивая Люба стала просто Любой.
А Катя крутилась как белка в колесе и была счастлива. Все ее мечты исполнились.
Счастливая.
Волшебница.
Что? Кот? Ну, конечно, у них был кот.
***
Кстати, рассказ Кот
Спасибо! Друзья, пожалуйста, поставьте палец вверх и подписывайтесь на канал. У меня для вас еще много интересного!
Всегда ваша, Забавная Леди.