Звали его Борис Алексеевич. А в кругу ребят – просто Боба. Низкого росточка, большеголовый, широкий в плечах и узкий в талии, Боба мог похвастаться и бицепсами, и прочей мускулатурой. Каждая мышца была проработана. Жена говорила : «По тебе анатомию изучать можно. А все-таки смотреть не очень-то приятно». Боба парировал : «А тебе приятно было, когда на нас на мосту напали четверо и я их всех разбросал?!» Когда он заходил в автобус, то садился рядом с компостером. Билет держал наготове. Если только заходил контролер, Боба неуловимым движением засовывал билет в компостер и пробивал его. Ему шел шестой десяток, а в таком возрасте уже докучают хворобы. Однажды в колхозе, куда послали отдел нашего проектного института на однодневную помощь в уборке помидоров, сотрудник справлял малую нужду. Боба подошел сбоку, молчаливо и пристально посмотрел и многозначительно молвил: « А напор ничего, хороший». Видимо, уже начинала досаждать предстательная, и его напор оставлял желать лучшего. А может