Как только дело касается прошлого, смешная фамилия или анекдот всё чаще заглушают музыку, которая когда-то казалась самой громкой. Но эта группа по-прежнему гремит на минимальной громкости.
Ворошить прошлое – все равно что писать некролог не просто живому человеку, а самому себе. Смех и грех.
Для меня «Бахман» – позавчерашний день, а на самом деле сорок с лишним лет прошло с момента, когда немецкая фамилия потеснила англосаксов в рок-номенклатуре советского подростка.
Мало кто вспоминал работу Рэнди Бакмена в Guess Who – там было слишком много лирики, а BTO на какое-то время сделались эталоном «забоя» в консервативном смысле. Свирепее этих канадцев считались только Geordie и Назарет.
Хотя именно ранним Гэсс Ху принадлежит одна из наиболее шумных версий Shakin' All Over, в которой они нагнетают студийную истерию не хуже Битлз.
«В каждой фразе – вопль» – так формулировал впечатления один ударник. Естественно, это была иллюзия, но её надо уметь создать. Лабухи-гитаристы любовно наигрывали соло джазовые «вкусные кусочки» Lookin' out for №One, чересчур замысловатой для кабака и танцплощадки.
Не допотопные хрипы и крики, а монотонный конвейер однотипных, умышленно собранных по единому чертежу композиций представляет собою каждый классический альбом Bachman–Turner Overdrive.
Название одной из них сделал девизом последних лет своей жизни Элвис Пресли. Неудивительно, учитывая водительское прошлое Короля рок-н-ролла.
Наступил сезон дальнобойщиков, потому что образ группы и тематика её песен связаны с романтикой грузовых перевозок. Автоколонна с Севера выкатила череду мощных альбомов, но, в отличие от не менее колоритных южан ZZ Top, не смогла прорваться в будущее. Аутентичный «Бахман» остался в семидесятых, и движется по кругу, подобно кинетической скульптуре или диску проигрывателя.
На Западе самой известной вещью у них считается You Ain't Seen Nothing Yet – математически точно выстроенная пародия на The Who, включая рубленые аккорды гитары и заикание, как в My Generation.
В Союзе списка западных хитов не существовало, и каждый составлял его себе сам. Мне больше нравилась инструментальная пьеса с обратной стороны этого сингла – плод фантазии Блэра Торнтона, второго гитариста группы.
Песни Бакмена и его братьев предвосхитили большую популярность фильмов, поэтизирующих заокеанскую «шофереску», романы и приключения простого человека за баранкой. «Конвой», а до него «Лихорадку на белой полосе», смотрели с удовольствием, пропуская мимо ушей первоклассное кантри саундтрека этих картин.
Фильмов о машинах хватало и у нас, тот же «Мировой парень» с «Березовым соком» Песняров. Но только по радио можно было услышать такой панегирик быстрой езде, которую по слухам любит и Леонид Ильич, как Roll on Down The Highway.
На заре разрядки она лидировала в эфире бок о бок с Free Ride – абсолютным шедевром Дэнни Хартмена в составе Edgar Winter Group.
Если присмотреться, временами лидер Овердрайва – вылитый Иван Ребров. По крайней мере, на портрете с роскошно оформленного альбома Head On, монументально завершившего «большие гонки» этой команды.
И внешнее сходство канадского «Мулявина» с великим популяризатором русской песни снова подводит меня к вопросу школьных лет – почему «Бахман» казался таким беспредельно шумным моим ровесникам? Ведь «неистовство» там, где его нет, обычно мерещится взрослым людям.
На диске Head On «бешеные» вещи гармонично соседствуют с буржуазной эстрадой в духе Джо Долана и Тони Кристи. Кого-то эта крамольная мысль сводила с ума, кому-то служила ключом к своеобразному коду и легенде Рэнди Бакмена. Под маской шоферюги, флиртующего с буфетчицей на бензоколонке, скрывается многоликий профессионал – Quick Change Artist с большой буквы Б.
Разумеется, это лишь одна из граней карьеры и дарования этого музыканта, но его коронным номером являются именно превращения, а не подлинность. Это Ким Фаули, Боуи и Meat Loaf без косметики, реквизита и резюме престижных знакомств в сфере высокой моды.
Ренди Бакмен и Бартон Каммингс обеспечили себе прочные стулья в верховной ложе мелодистов, не отставая от своих более броских в плане имиджа коллег и партнеров, еще в составе Guess Who. Мастерство позволяло скромным хамелеонам Севера свободно принимать облик The Byrds или Zombies без ущерба репутации.
Но в первую очередь – это, разумеется, долгожданная «Колхида» из прошлого и её размороженные пассажиры, дрожащие на шоссе с добычей в руках. Это возвращение к жизни с её мелодиями и ритмами, которые пролетели слишком быстро, чтобы ими пресытиться.
👉 Бесполезные Ископаемые Графа Хортицы
Telegram I Дзен I «Бесполезные ископаемые» VК