Луи Николя Даву один из тех, кто входит в так называемое "Созвездие Наполеона", наряду с такими громкими именами как Ней, Ланн, Мюрат, Ожеро и другими. Но, при этом, маршал Даву - один из тех, кто заслуживает отдельного повествования.
У него истории легендарного восхождения как у сына трактирщика Мюрата. Луи Николя родился в военной семье и не помышлял об иной судьбе, кроме как на поле боя. Его ждала и манила кавалерия.
Он обучался в военной школе и вышел на службу буквально за год до начала Французской Революции. Активно стал проявлять себя и вскоре командовал батальоном.
В начале 1790-х годов активно сияла звезда французского генерала Дюмурье. Это был мастер интриг. Сумел в свое время примкнуть в революционерам, когда понял, что силы их превосходят королевские. Воевать Дюмурье умел хорошо, но во время войны с Пруссией, вел параллельно переговоры с ее правительством о возможностях заключения мира, разумеется с неким своим интересом.
Дюмурье понял, что Париж уже подозревает его и решил идти ва-Банк, будучи во главе армии приказал солдатам взять французскую столицу и свергнуть власть. Воспротивился этому приказу Даву. Более того, будучи младше по званию, он приказал арестовать Дюмурье, но тому удалось бежать.
Даву заметили в Париже. Его повышают в звании, ему доверяют. Он старается сторониться военного террора. Гражданская война не его. Но он любит битву с неприятелем чужеземным. Луи Николя активно участвует во всех самых сложных французских кампаниях рубежа XVIII-XIX веков. Разумеется, его очень ценит новый французский диктатор -Наполеон.
В 1805 году Даву уже Маршал. 14 октября в Кезенском ущелье он решил противостоять прусской армии, которая превосходила его корпус численно почти в три раза. У него было 26 тысяч человек. Против него стояло войско в 70 000 человек под командованием самого короля. Рядом был корпус французов под командованием Бернадотта, но тот не решился вступить в схватку и увел войска. Даву оставалось либо тоже уйти в сторону, либо пойти на фактическое самоубийство. Наполеона не было рядом, чтобы советоваться. У того тоже было не простое дело под Иеной.
Луи Николя Даву сумел нанести сокрушительное поражение превосходящему противнику. Где-то далеко Наполеон тоже побеждал. Отступающие армии противников в итоге встретились, перемешались еще больше. Тогда прусская армия потеряла 45 000 человек, большую часть орудий и фактически перестала представлять собой самостоятельную армию.
Для Даву это было блестящая победа, но это было только начало. Впереди у него все поля наполеоновских войн и он их главный герой.
Даву не проиграет ни одной битвы, где он был бы первым командующим. Он был единственным кто не предал Наполеона, не отказался от него после его свержения. Он был с ним рядом при 100-дневном возвращении Наполеона. Бонапарт тогда доверил ему следить за порядком в столице, пока сам жаждал реванша на европейских полях.
Жесткий, прагматичный и даже жестокий Луи Николя Даву не знал преград и не испытывал ложной сентиментальности. При этом, символизм для него играл большую роль. Во время пребывания в Москве, он обосновался в монастыре, где комнатой себе выбрал алтарь храма. Вряд ли не было иных мест для него, но ведь знал, что дойдет это до местных, что деморализует и шокирует это мистически настроенных русских. Считали Наполеона антихристом? Боялись? Вот вам. Всё так. Трепещите. (Его контузило при Бородино).
Но в то же время, есть и иная сторона его характера. Обращенная уже не к врагам, а к своим сослуживцам. Когда Наполеон проиграл второй и последний раз, коалиция европейских союзников готовилась праздновать победу, то Даву вновь сказал свое слово. Его авторитет в армии позволял продолжить сопротивление, о чем он и заявил. Но если хотят, чтобы война прекратилась, то должны пообещать, что новая власть не будет преследовать сторонников Наполеона, тех, кто поддержал его возвращение. Ничего не оставалось. Пообещали.
Он действительно уважал Наполеона. Сохранение верности при падении режима - о многом говорит. Ранее он назвал дочь Адель Наполеона, потом сына именовал Наполеоном, но тот рано умер. Следующего Даву назвал Наполеон-Луи, соединив имена Бонапарта и свое.
Новая монархическая власть не применяла к Даву никаких мер репрессий. Напротив, его оставили на службе, дали титул пэра. Но вскоре Луи Николя заболел. Он пережил Наполеона всего на два года.
Прочтите также наши материалы о Мюрате и о Жозефине.