Начало романа - по этой Дзен-гиперссылке.
Книга 3. Охота за «Большим Арбузом»
Глава 8. Сила, Пельмень и другие, лето 2018, Москва
***
Пельмень подходил к старой пятиэтажке на Авиастроительной, 19 в несколько смятенных чувствах. С одной стороны, его согревали радужные перспективы, нарисованные Силой, и деньги, выданные на расходы. А с другой, – мучали сомнения: как он вычислит какую-то старуху, кого будет расспрашивать так, чтобы всё узнать и не вызвать подозрений?
Нужный ему дом располагался недалеко от дороги, однако дворик был тихим и зелёным: старые деревья, клумбы, детская площадка. В углу находился асфальтовый островок, где кучковались автомобили жильцов. На выходе со двора приткнулся павильон-забегаловка с гордым названием: кафе «Привал». Как обычно, по утреннему времени там было пусто.
Витя взял себе бутылку пива с солёными сухариками, присел за столик и стал обдумывать, что делать дальше. Он приходил сюда уже третий день. Как узнать про старуху? Идти в ЖЭК, или как они там сейчас называются, – не вариант. Постороннему человеку с улицы ничего не расскажут.
Бабульки на лавочке у подъезда наверняка знают всё, но к ним только сунься – самого выпотрошат вопросами. Кто ещё? Мамаши с детьми? Те вообще не будут разговаривать с каким-то непонятным мужиком.
Хорошее чешское пиво «Ко́зел», которое он себе позволил, быстро заканчивалось, и он взял ещё бутылку.
В это время в павильон зашёл местный завсегдатай: мужичок примерно его возраста, небритый, в драной майке на лямках, трениках и тапках на босу ногу. И вчера, и позавчера он непременно встречал этого типа: то одного, то в компании таких же личностей. Абориген облокотился на стойку, что-то начал горячо втолковывать буфетчице, искательно заглядывая ей в глаза.
Постоял немного, повернулся и, зло сплюнув, двинулся к выходу. Проходя мимо Пельменя, бросил жадный взгляд на бутылку в его руке, где оставалось около четверти, на свежую, только открытую рядом, остановился и спросил надтреснутым голосом:
– Слышь, братан, будь другом, оставь пару глотков, а?
Сначала Пельмень хотел послать мужика подальше. Потом передумал, ведь он хорошо знал, что такое похмельный синдром. Решил было отдать почти выпитую бутылку, но затем ему в голову пришла интересная мысль, рождённая видом аборигена:
– А ты, брат, здесь живёшь?
– Ага, вон в той хибаре, – он показал в сторону нужного Витьке дома, – с самого рождения тут обитаю!
– Тогда вот что, – решился Пельмень, показав рукой на свои бутылки – возьми и себе бутылочку да присядь рядом, побазарим маленько.
– А, ну это… – мужик суетливо взял протянутую сторублёвку, – только, если не возражаешь, я себе лучше покрепче возьму, «Охоту».
Получив вожделенную влагу, он не стал ждать, а присосался к горлышку, опорожнив тару сразу наполовину. Присел к столику, протянул Вите сдачу, благодарно улыбнулся:
– Вчера, понимаешь, было хорошо, а сегодня – х...ново. У меня, блин, двадцатки не хватает, а Светка, с...а, в долг не даёт. Благодарю, братан, выручил!
Нового знакомого звали Юрой. Они потрепались о футболе – здорово наши испанцев вздрючили! Витя взял ещё по бутылке и стал потихоньку сворачивать разговор в нужное русло.
Оказалось, Юра хорошо знал старуху из 38-й квартиры, как, впрочем, и всех почти жильцов во дворе. Он не работал, получал пенсию за увечье на железной дороге: «Я сцепщиком работал, а мастер, п...ла, не доглядел, меня по руке и шваркнуло, три пальца как не было, зато теперь пенсию хорошую получаю, не работаю!»
– А к бабке ты, кореш, опоздал, она ещё в 14-м году померла. Я её хорошо помню, нелюдимая была, ни родни, ни подруг. В магазин только выйдет, таким же кошёлкам на лавочке буркнет: «Доброе утро!», и всё. Потом она болеть стала, всё чаще в больницу забирали, а в январе, четыре года назад, она ласты и склеила. Ни с кем из родни связи не поддерживала, они и не знали, что бабка в ящик сыграла. В общем, нашёлся некий то ли племянник, то ли внук троюродный, получил эту квартиру. Они с женой всю мебель старухину во двор повыносили, часть потом разобрали по хатам, часть спалили. Эти перцы ремонт там заколбасили, новую мебель завезли да так и живут.
– А мебели много было?
– Да нет, пару шкафов, диван, ещё фигня какая-то. Посуда всякая, книги, журналы. Я ж говорю, что спалили, что растащили. А ты как, родственником ей будешь?
– Я-то нет. А вот кореш мой вроде как имеет отношение. Хочет какие-то бумаги найти, письма, что ли…
– А чего ж он сам не пошёл, тебя послал?
– Он человек занятой, не то что я, разгильдяй… Ладно, Юра, держи краба, а я пошёл. Видно, не найти ему тут ничего.
Он направился к выходу со двора, но его окликнули.
– Слышь, Витя, – новый знакомый догнал его и, немного замявшись, сказал: – там если твоему другу нужно узнать чего, пусть он с Лёхой побазарит.
– А что это за Лёха?
– Сосед старухин, на одной площадке жил. Папаня его бухал крепко, а Лёха не пьёт совсем. Так вот, какие-то дела у Лёхиного папани с этой бабкой были.
– Какие дела?
– Фиг его знает, папаня давно в горячке сгорел, но Лёха может что-то знать. Я тебя с ним сведу, а вы уж сами решайте. Ты подходи завтра ближе к вечеру, я тут буду. А Лёха после ночной отоспится и тоже выйдет. Лады?
– Лады, – Пельмень не был уверен, что из этого выйдет какой-то толк, но спорить не стал.
– Ну, тогда ты мне это, ещё пивасика подгони, чтоб я до завтра дожил!
***
Вечером Пельмень увиделся с Геннадием и рассказал о встрече с Юрой. К его удивлению, Сила хоть и расстроился, когда узнал о смерти старухи, но очень заинтересовался разговором, долго выспрашивал подробности и, наконец, велел на следующий день быть на месте и ждать Юру. Если они встретятся с Лёхой, Пельмень должен будет набрать его и ждать. А он уже посмотрит, как и что, и, если надо, подъедет.
Так они и сделали. Назавтра Юра не подвёл. Через какой-то час ожидания он появился в сопровождении довольно молодого человека, неулыбчивого блондина с глубоко посаженными светлыми глазами.
Он выслушал сбивчивый рассказ Пельменя и заявил, что если его корешу нужно что-то узнать, то пусть он сам приезжает и говорит с ним. Пельмень тут же набрал номер Силы, доложился. Тот ответил, что находится недалеко и через полчаса подъедет.
Молодой человек поднялся и ушёл домой, велев Юре вызвать его, когда приедет нужный человек. Витя взял по пиву, и они стали ждать, перекидываясь вялыми репликами. Наконец Гена прибыл и остановился неподалёку от двора.
Вызвали Алексея (к нему никак не подходило залихватское имя Лёха), проводили к машине, познакомили с Геной.
– Вы, ребята, посидите там в шалмане, пивка попейте, а мы в машине поговорим о деле, – Геннадий распахнул переднюю дверцу. Молодой человек спокойно уселся на сиденье и стал молча ждать, когда заговорит его собеседник.
– Значит, вы были хорошо знакомы с Натальей Кислицыной, вашей соседкой? – начал Силин.
– А почему это вас интересует?
– Ну, скажем так, я в некотором роде являюсь её наследником. Не совсем официальным, да и на имущество не претендую. Просто у неё хранились некие бумаги, которые представляют для меня интерес.
– А где же вы были раньше, ведь старуха умерла четыре года назад?
– Так сложились обстоятельства, – Гена пожал плечами.
– Обстоятельства, говорите… – Алексей помолчал, потом, словно приняв решение, проговорил: – Я дел с бабкой сам не имел. Но папаня мой, земля ему пухом, подрядился в своё время для одного типа следить за ней.
– Следить? Но зачем? – Силин был удивлён.
– Не перебивайте, пожалуйста. Папаня мой был алкаш. И мамка тоже. И старший брат, все бухали. Сейчас только мамка жива, и та последние дни тянет. Да ещё я живой, потому что с детства выпивку возненавидел и теперь в рот не беру ни капли. Ну, так вот папаня, чтоб на шмурдяк заработать, следил за этой самой Натальей и тому типу докладывать был обязан – кто к ней приходит да зачем. Правда, докладывать особо нечего было, никто к старухе не ходил. Но за полгода до её смерти там кое-что произошло. И больше тот тип перестал старухой интересоваться и не появлялся у неё. И теперь вы наверняка захотите узнать, что за тип следил за ней и почему он исчез?
– Ну, допустим, хочу.
– Вот и славно, что хотите. Пятьдесят тысяч рублей, и всё узнаете.
– Че-го? Ты, парень, что, уху ел? – сильное русское выражение само легло на язык.
– Не надо меня оскорблять. Я, хоть и моложе вас, но всё равно не стоит. И я вам не папашка мой покойный, который информацию сливал за стакан портвейна, а потом нам на кухне хвастался. Вам нужна информация, а мне нужны деньги. Я мамашу схороню и ремонт в квартире сделаю, заживу как человек. Вот и собираю, как могу – где полтинник, где двадцатка. А не хотите – не надо, дело ваше.
– И что я получу за эти деньги?
– Имя, отчество, фамилию, адрес того типа и кое-какие сведения о том, что он искал. Этого достаточно?
– Нет, не достаточно. Что он получил? Где этот тип сейчас?
– О том, что он получил, я же сказал, кое-что мне известно. Может и не стопроцентно, но вероятно. А где он сейчас? – Алексей пожал плечами, – кто его знает, может, так и живёт по старому адресу, во всяком случае за четыре года отследить можно, если переехал.
– А если он умер, как старуха? – Гена уже практически согласился платить, но всё искал какие-то причины.
– Ну, тут уж, извините, я не Бог, судьбы мира мне неизвестны. Всё что могу предложить – предлагаю. Если бы этот тип сидел у меня дома под замком и был готов рассказывать всё, что знает, я меньше миллиона не взял бы.
– Ладно, пусть будет так. Но если данные окажутся липовыми...
– Не окажутся. Я вам гарантирую.
– Гарантирует он… Хорошо, мне нужен банкомат, где тут есть поблизости?
– На соседней улице «Магнит», там в вестибюле банкоматы. Проедете прямо, через два квартала повернёте направо.
– Тогда подожди здесь, я скоро.
Алексей вышел из машины, а Гена уехал. Вернулся он и впрямь скоро, не прошло и получаса. Открыл дверь, сделал приглашающий жест. Когда молодой человек вновь уселся рядом, молча протянул ему десять пятитысячных.
Тот пересчитал банкноты, пробежал по ним пальцами, сложил вдвое и спрятал в карман. Потом откинулся на спинку сиденья и начал говорить.
– Старуха переехала сюда в семидесятых. Я тогда ещё не родился, а папаша только начал спиваться. Ну, в то время соседи обычно больше общались, знали всё про всех. А эта Наталья с самого начала нелюдимкой слыла. Тогда ещё, рассказывали, она молодая была, красивая. Соседи побаивались, что к ней кавалеры начнут ходить, танцы-шманцы до утра.
Однако ничего подобного не было. Наташа работала где-то в школе, не в нашем районе. Приходила рано, задерживалась очень редко, и сразу в дом. Всегда здоровалась, вежливо отвечала на вопросы, но сама ни к кому не обращалась. Да и то, отвечала односложно: «Спасибо, всё нормально, дела помаленьку, нет, благодарю вас».
Ну, конечно, кое-что просочилось: папа её – крупный торговый работник, сестра вышла замуж за иностранца и уехала за границу, вот и разменяли квартиру. А у неё самой какая-то трагедия была, вроде жених погиб. Ну вот и замкнулась девушка в себе.
Потом стали замечать, что к ней часто один тип приходит. Он её провожал, но в квартиру она его приглашала редко, да и ненадолго. Наши кумушки сразу вычислили, что тут не любовь: он цветов никогда не дарил, подарков тоже, говорили они на повышенных тонах.
Короче, не буду ходить вокруг да около, но вскоре этот тип с моим папашей договорился, чтоб следил, кто ещё к ней ходит. Портвейн ему таскал, а потом даже мобильник купил дешёвый, когда они появляться начали, чтоб сразу отзвониться мог. Разговоры с ним иногда душевные разговаривал. В общем, тип этот оказался очень важным коллекционером-бонистом, банкноты разные собирал.
А у Натальи этой была какая-то редкая банкнота, он всё пытался выяснить, точно ли была и что она за неё хочет. А та ни в какую. Вроде банкнота эта ей от того погибшего жениха осталась, и она расставаться с ней не желала. И он боялся, что она ему не захочет продать, а другим возьмёт и продаст, вот и нанял, блин, себе филёра.
А в тринадцатом году, в июле, всё изменилось. Как-то днём она пришла в квартиру в сопровождении какой-то девушки. Причём завела её внутрь, и та пробыла там с полчаса. Папашка кинулся шефу звонить, тот всё бросил и примчался, да не успел, девчонка ушла уже.
Через несколько дней она снова пришла, да не одна, а с парнем. Они пробыли в квартире почти час, и тот тип успел приехать. Дождался, когда они выйдут, и ушёл следом за ними. Больше мы их не видели никогда, ни типа, ни девчонку. И к старухе никто больше не приходил, пока её в больницу не забрали, там она и умерла.
Вот всё, что я знаю, папашка мой говорливый был после портвейна, но только со своими говорливый. Так я и запомнил всё, что он рассказывал.
Алексей достал из кармана листок бумаги и передал его Геннадию.
– Тут его ФИО, домашний адрес и телефон. Точная информация на июль тринадцатого. Больше ничем помочь я не могу, но надеюсь, что свой полтинник я отработал. Если надо будет что-то уточнить, там есть данные моей страницы ВКонтакте. Пишите, отвечу. А теперь разрешите откланяться.
Гена молча кивнул, подождал, когда молодой человек выйдет, набрал Пельменя.
– Всё, Витя, дуй в машину, едем домой, – затем подумал и добавил: – Да, корешу своему дай из расходных пятисотку, пусть погуляет, заработал.
***
Продолжение романа публикуется на моём канале каждый день, рано утром - новая глава. Просто заходите сюда: https://zen.yandex.ru/id/5efdd5d6ff0a5d43f67029ff около 7.00 мск, и там сразу увидите новую главу. (более точно время указать не могу, т.к. Дзен не сразу открывает доступ к публикации).
Роман состоит из трёх книг: "Исчезнувший портфель", "Загадка древней статуэтки" и "Охота за "Большим Арбузом". Они объединены в трилогию "Сокровища старого портфеля". Эти книги (по отдельности, или в одной трилогии) можно заказать онлайн на сайте изд-ва "Андронум" по ссылке: https://andronum.com/avtory/sorokovik-aleksandr/ Также можно заказать печатные книги, написав мне в личку или в коммент.
Но это совершенно необязательно, вы можете читать роман на Дзене бесплатно! Только просьба соблюдать два условия: не задавать в комментах вопросы "А что будет дальше? А он его убьёт?"и т.д., и предлагать свои варианты сюжета)). Ну и читать надо всё по порядку, не перескакивая, чтобы не потерять нить повествования!
***
С приветом, ваш Ухум Бухеев и автор романа - Александр Сороковик.