Сигизмунд Герберштейн, прославивший в Европе своими записками о Московии, представил европейскому читателю и Пермь: «Великая и обширная область Пермия отстоит от Москвы прямо к Северо-Востоку на двести пятьдесят (или, как утверждают некоторые, на триста) миль. … По причинам частых болот и рек, сухим путем туда можно добраться только зимою, летом же этот путь совершить легче на судах. … В этой области хлеб употребляется весьма редко; ежегодную дань Государю они выплачивают лошадьми и мехами».
В царском титуле Пермь стояла рядом с Югрой - Великий Князь Литовский, Смоленский, Тверский, Волынский, Подольский, Югорский, Пермский, Вятский…
Как и в Югре, в Перми жил свой народ, и это были тоже финно-угры. Но если в Югорщине обитали остяки, которых нынче зовут хантами, то Пермь Великую населяли пермяки и зыряне. И тех, и других сегодня называют «коми». Вот они на старом рисунке вместе с вотяками (удмуртами).
Кстати, имейте в виду, что нынешний город Пермь с Пермским княжеством не связан практически никак. Он был создан на базе Егошихинского медеплавильного завода в 1780 году, через несколько столетий после исчезновения независимого княжества. А столицей княжества Пермь Великая был город Чердынь – ныне один из самых маленьких городов Урала с населением в 4,5 тысяч человек.
Замечу, что истории Перми и Югры изрядно схожи. Обе территории – из первых иноплеменных колоний Руси. И там, и там – северное финно-угорское княжество, населенное сильным и воинственным народом. И там, и там – довольно раннее приведение местных «под руку» восточных славян (сначала Новгорода, а потом Москвы), в силу чего территория эта сегодня сильно обрусела.
Однако есть и отличия. В случае с Пермью – это пермские князья и пермские крестители.
Собственно, кроме князей и крестителей, о древней истории региона мало что известно, но и этих малых знаний хватило писателю Алексею Иванову на блестящий роман «Сердце Пармы».
Мне совершенно точно не тягаться с Алексеем Викторовичем в создании эпосов, поэтому я коротко.
Все югорские князьки так остались безымянными, а потому – несуществующими в русской истории. Какими они были – мы можем только гадать.
А вот пермская княжеская династия – с людьми и лицами. Нам известны и основатели этой династии, и их потомки – княжий род Великопермских пресекся только в XVIII веке, последним представителем династии был сын ярославского помещика князь Андрей Борисович Великопермский, живший в 1710 году «на Москве у боярина князь Бориса Ивановича Прозоровского».
А началась династия с князя Михаила Ермолаевича, которого великий князь московский Василий Темный в 1451 году сделал своим наместником в Перми Великой. При этом отец и младший брат Михаила были назначены наместниками в Пермь Вычегодскую.
Княжение Михаила Пермского было весьма драматичным. В его жизни были и убийства сподвижников, и кровопролитные войны с вогулами-манси, войска которых удалось разбить только после заключения союза с Вяткой. Дальше – больше: измена Москве, карательная экспедиция одного из лучших московских воевод Федора Пестрого, позорный плен, допрос в столице, прощение от Ивана III Великого, возвращение в ставшую родной Пермь и гибель в результате набега мстительных манси.
«Но он уже не мог произнести этих слов, потому что на губах его было молчание, а в глазах — прозрачная тьма, потому что, убитый, он уже лежал вниз головой на заросшем откосе рва под Спасской башней. И он уже не был князем, не был человеком, а был только корнями отцветающих трав, только палой листвой, только светящимся песком» - такими словами заканчивается роман Алексея Иванова. Прочитайте его.
Это хорошая книга.
Книга не о завоевании чужой земли, а о примирении с ней. Пропитывании ею. Принятии ее.
И Михаил Ермолаевич в романе – русский князь, сердцем принявший чужую землю, и ставший князем пермским.
Тем самым писатель Иванов обозначил свою позицию в бесконечном споре о пермских князьях. Историки с девятнадцатого века ломают копья на предмет – кем же были первые пермские князья Михаил Ермолаевич и сын его Матвей Михайлович. Понятно только, что они были христианами – их имена тому лучшие свидетели.
Но при этом часть исследователей считает их местными князьками, крестившимися, чтобы заручиться поддержкой усилившейся Москвы. Другие полагают их русскими князьями из московских рюриковичей, за какую-то провинность лишенными удела, и отправленными «володеть» дикими безбожными землями. В доказательство обычно приводится цитата из Вычегодско-Вымской летописи: «Лета 6959 прислал князь великий Василей Васильевич на Пермскую землю наместника от роду верейских князей Ермолая да за ним Ермолаем да за сыном ево Василием правити пермской землёй Вычегоцкою, а старшево сына тово Ермолая, Михаила Ермолича, отпустил на Великая Пермь на Чердыню».
Оппоненты обычно ехидно напоминают, что верейская ветвь московских рюриковичей нам известна довольно неплохо, но ни о каком Ермолае с сыновьями Василием и Михаилом в других источниках не упоминается. И предполагают, что, скорее всего, мы имеем дело с ошибкой переписчика, который вместо «перемских» (то есть «пермских») написал «верейских».
Так или иначе, вопрос остается открытым.
_________
Это традиционный отрывок из новой главы моей книги для подростков об исторических регионах России "Царский титул в картинках" - https://author.today/work/76682