Вы ведь читали Стругацких? Как писатели они меня никогда особенно не увлекали. Их литература мне казалась суховатой и аскетичной, хотя сюжеты вроде бы предполагали очень красочное повествование. Однако я с большим уважением отношусь к Стругацким за то, что они то и дело задавали интересные этические или философские вопросы, заставляя читателя искать на них свои собственные ответы.
И хотя мой канал придерживается еврейской тематики, эту статью мне захотелось написать вовсе не из-за национальности писателей. А из-за одного занятного вопроса, который содержится в самой, наверное, популярной повести Стругацких "Трудно быть богом".
Если вы любите читать и думать, то я приглашаю вас поучаствовать в занятном интерактивном эксперименте. Я процитирую вам небольшой диалог из "Трудно быть богом", который меня очень заинтересовал, расскажу вам, что я по этому поводу думаю, а вы в комментариях напишете свою точку зрения. Поскольку вопрос философский, точек зрения на него может быть бесконечно много. И при всей абстрактности этого упражнения, оно имеет самое непосредственное отношение к нашей жизни. Во всяком случае здесь, на своем канале, я то и дело нахожу интересные иллюстрации к этой теме. Но об этом позже.
Для начала расскажу вам, в чем, собственно, вопрос.
В повести Стругацких два персонажа беседуют о несовершенстве мира. И тогда один из них спрашивает другого, как по его мнению этот мир можно было бы улучшить - чисто теоретически. Если бы вдруг встретились с богом, каких бы перемен вы у него пропросили, "чтобы вы сказали: вот теперь мир добр и хорош?".
На что собеседник предложил такой вариант: "Пусть исчезнут голод и нужда, а вместе с тем и все, что разделяет людей». Дальше я дам развернутую цитату с небольшими сокращениями, чтобы не пересказывать весь диалог:
"— Бог ответил бы вам: «Не пойдет это на пользу людям. Ибо сильные вашего мира отберут у слабых то, что я дал им, и слабые по-прежнему останутся нищими».
— Я бы попросил бога оградить слабых, «Вразуми жестоких правителей», сказал бы я.
— Жестокость есть сила. Утратив жестокость, правители потеряют силу, и другие жестокие заменят их.
— Накажи жестоких, чтобы неповадно было сильным проявлять жестокость к слабым.
— Человек рождается слабым. Сильным он становится, когда нет вокруг никого сильнее его. Когда будут наказаны жестокие из сильных, их место займут сильные из слабых. Тоже жестокие. Так придется карать всех, а я не хочу этого.
— Сделай тогда просто так, чтобы люди получили все и не отбирали друг у друга то, что ты дал им.
— И это не пойдет людям на пользу, ибо когда получат они все даром, без трудов, из рук моих, то забудут труд, потеряют вкус к жизни и обратятся в моих домашних животных, которых я вынужден буду впредь кормить и одевать вечно.
- Не давай им всего сразу! — горячо сказал Будах. — Давай понемногу, постепенно!
— Постепенно люди и сами возьмут все, что им понадобится."
Согласитесь, интересная задача взглянуть на человеческую природу глазами бога и придумать некий простой рецепт создания счастливого мира. Если вам приведенный мной диалог знаком, то не смущало ли вас, что собеседники так и не нашли ответа? Не приходили ли вам в голову какие-то свои версии того, как всё улучшить?
Помню, меня в книге этот спор впечатлил больше всего. Как-то не хотелось соглашаться с тем, что нет никакого правильно сформулированного условия, при котором из нашей жизни исчезло бы всё зло и вся несправедливость. Кстати, напомню, эта беседа в повести возникла из-за утверждения, что зло в мире неискоренимо. Ну, в реальности, допустим, у этой проблемы действительно нет простого решения.
Но если поддаться воображению авторов и предположить, что можно обратиться к создателю с готовым рецептом, то поиски такого универсального плана становятся увлекательным занятием.
Я в конце концов нашел, как мне кажется, приемлемый вариант. Я бы попросил всемогущего бога сделать так, чтобы любое насилие причиняло насильнику невыносимую боль. И не важно, физическое ли это насилие, эмоциональное, сексуальное, психологическое - какое угодно. Любой человек, стремящийся сделать больно другому, должен испытывать при этом не меньшую боль. Каждый, кто стремится подавлять, доминировать, принуждать и вселять ужас в других, непременно при этом страдал бы сам.
Смысл в том, чтобы боль другого человека ощущалась нами как собственная. И причинение страданий другому было бы равнозначно причинению страданий самому себе. Вот что, на мой взгляд, нужно было изначально внедрить в прошивку человеческой натуры.
Только подумайте о мире без войн, без убийств, пыток, бытового насилия, рабства, унижения. Даже словесные оскорбления, цель которых причинить собеседнику моральный ущерб, стали бы невозможны. Я просил бы создателя докрутить тонкие настройки таким образом, чтобы зависть и ненависть, кипящие в нас, сами по себе вызывали бы сильный внутренний дискомфорт, не говоря уж о том, чтобы позволить им найти какой-то уродливый выход вроде воровства, например. Воровство ведь, собственно, не насилие, для него в моем плане имеется лазейка. Однако если исключить зависть, то необходимость красть чужое теряет смысл.
Как мне кажется, единственными пострадавшими при таком положении дел стали бы мазохисты, получающие удовольствие от боли и унижений. Возможно, они бы стали убийцами в новом мире, чтобы обеспечить себе физические мучения, которых им не хватает. Впрочем, в мире, не знающем насилия, такая психологическая причуда, как мазохизм, могла бы и не появиться.
Меня часто упрекают, что я излишне (по мнению упрекающих) жестко реагирую на агрессивные комментарии антисемитов к моим статьям. Однако моя реакция объясняется все той же позицией: человек, оскорбляющий других, непременно должен получить оскорбление в свой адрес. И дело не в мелочном сведении счетов, а в том, что каждому полезно ощутить на себе то, что он транслирует другим. Поскольку насилие - это проявление нашего примитивного животного начала, реагировать на него следует простейшими методами, вырабатывая у насильника условный рефлекс: унижать других чревато, результат тебе на понравится.
Возможно, вы скажете, что я играю в бога в рамках своего канала, решая единолично, кто заслуживает отпора, а кто нет. Ну, поскольку вероятность встретиться с настоящим богом и поделиться с ним своими мыслями для меня равна нулю (в силу моих личных убеждений), я предпочитаю претворять эту философию самостоятельно в том небольшом мире, который создал сам.
Тот же принцип с физическим насилием. Каждый, поднявший руку на другого, обязательно должен получить сдачи. Возможно, даже с процентами. Подставлять другую щеку - значит укреплять у насильника рефлекс, что так можно. Давать сдачи - это внятный сигнал: твоя агрессия будет болезненной для тебя же. Принцип относиться к другим так, как ты хотел бы, чтобы относились к тебе, приобретает с этой точки зрения новое звучание.
Предложение "накажи жестоких", которое было у Стругацких, мне представляется недостаточным. Наказывать нужно не жестоких, а саму жестокость, потому что невозможно отделить жестоких людей от всех остальных. Такое качество, как жестокость, живет в каждом из нас, и важно сделать так, чтобы ни один человек не позволят себе проявлять ее к любому живому существу - не только к людям. Тут, конечно, встают бесконечные вопросы о пропитании. Как же охота? Рыбалка? Как добывать мясо? Тут есть, над чем подумать. Но я бы определенно прекратил убийства и любые мучения животных ради забавы. Вряд ли сафари останется таким же популярным развлечением, если ребята с ружьями будут сами переживать ощущения, как пуля пробивает тело.
Однако повторюсь, это только моя точка зрения. Вы можете с ней не соглашаться, но тогда мне бы хотелось услышать аргументы. С другой стороны, у вас, вполне вероятно, имеется свое собственное представление о том, как избавить мир от зла с помощью одного универсального решения. Более того, я уверен, что такие варианты есть, просто мне они в голову не приходят, а интересно было бы рассмотреть альтернативные решения.
Братья Стругацкие утверждали, что трудно быть богом, имея в виду, конечно, не только процитированный мной диалог, а нечто более фундаментальное, что и составляет сюжет повести. Мне жаль, что я не могу с ними поспорить хотя бы касательно частности, которую я рассматриваю здесь. Но заочная полемика тоже может быть небесполезной, как вы думаете? Стругацким-то уже все равно, но нам самим это все еще важно.
*Комментарии приветствуются, но каждый комментатор сам выбирает стиль общения: на вежливые высказывания реагирую с уважением, на хамство, агрессию и упрямое желание оспорить каждое слово отвечаю адекватно. Если не можете быть корректными, лучше ничего не пишите.
**Автор не обязан сообщать кому бы то ни было по первому требованию, где он берет информацию. Если ссылка на источник не указана в тексте, каждый желающий может поискать сведения сам. Гугл вам в помощь.