Порой случайное совпадение дат и фактов оказывается пророческим, исполненным особого значения, обретает смысл символический. В 1922 году ушла со сцены первая народная актриса Советской Украины М. Заньковецкая. В том же году на сцене одного из киевских театров дебютировала Наталья Михайловна Ужвий.
И хотя театральная деятельность молодой актрисы началась четырьмя годами раньше, хотя 40-летие своего творческого пути она отмечала в 1958 году, именно эту дату 1922 год обычно подчеркивали ее биографы.Это разумеется не случайно: Наталья Михайловна приняла эстафету из рук выдающейся украинской актрисы.
Ужвий актриса украинского театра, и национальный характер ее творчества чувствуется все время: острая психологичность игры считается с чисто украинской мягкостью исполнения, бытовая характерность с поэтической одухотворенностью, романтичностью, трагическая сила с целомудренной сдержанностью чувств.
Украинский театр всегда славился тем, что лучшие актеры умели правдиво и сердечно рассказывать о своем народе, о крестьянах, о батраках, "наймичках". Выдающийся украинский актер П. Саксаганский о своих "Думках про театр" писал о дореволюционном украинском театре:"Сцена была той трибуной, с которой мы выступали на защиту украинского народа". И в творчестве Н.Ужвий мы найдем десятки ролей именно такого плана. Даже в кино - хотя среди двадцати ролей, сыгранных ею в фильмах, ролей полноценных, ярких, достойных ее таланта, было очень мало мы видели ее Стеху в "Назаре Стодоле" Т. Шевченко, Анну в "Украденом счастье" И.Франко, Ярыну Шевченко в "Тарасе "Шевченко".
Но уж если речь зашла о развитии традиций демократического искусства, если говорить о том, чем актриса озарила советское кино, то остановиться надо на двух ролях - на тех, что значительней и глубже связаны со временем, которому принадлежат творчество Ужвий. Одним из лучших
фильмов той эпохи была трилогия о Максиме. В этом фильме, который идет около шести часов Ужвий сыграла эпизодическую роль солдатки Евдокии Козловой. Необычно сильно, проникновенно прозвучала у актрисы одна из ведущих тем советского искусства - тема "человек и революция". Три раза встречается с Евдокией зритель.
Эпизод первый. Тоскливая, голодная очередь женщин-солдаток за нищенским пособием, скорбная неподвижная фигура одной из них в платке, с ребенком, жмущимся к ее ногам.Это Евдокия. Ее оставляет безразличной, замкнувшейся в своем горе и нелепая крикливая демонстрация анархистов, и наглость грубо пристающего к ней Дымбы.
Но он даёт кусок шоколада ее ребенку, голодному, жалкому заморышу, и в глазах матери, больших и тоскливых, засветилась робкая благодарность. Она уже не может не ответить на вопрос бандита об имени, о доме....
Первый раз звучит в фильме ее тихий, глубокий голос. В нем то, что не выражено в словах, беспредельное отчаяние, подавленность нищетой, одиночеством, неустройством. Нет слов, но Евдокия в роли Ужвий сразу приковала к себе тревожное внимание зрителей, вызвала сердечное сочувствие и своей горькой судьбой и чуткой отзывчивостью на малейшее внимание к своему ребенку. Тему глубокой душевной тоски актриса ведет непрерывно, как песню. Порой в нее вплетаются иные эмоции, иные краски, не затихая или разгорясь, эта тема остаётся непрерывной. В ней секрет той удивительной певучести образа, той эмоциональной целостности его, которая почти всегда отличает персонажи Ужвий.
Этой же тоской, только более смятенной, потом второй эпизод. Пустой, темный , сырой подвал - квартира Евдокии. Пьяные, грубые разглагольствования Дымбы, оставляющие Евдокию глубоко равнодушной, и путаные, неясные , но волнующие ее, близкие ей тоской и тревогой речи анархиста Ропшина о России, о страданиях, о народном горе...Удивительна актриса и в сцене, где ее героиня становится соучастницей бандитов, погромщиков.
Ужвий тонко, с внутренней силой показала чистоту своей героини, ее самоотверженную материнскую любовь, ее темное, смутное представление о происходящих событиях вокруг.
И вот кульминация - сцена суда. Сцена, озаренная в фильме необычайным обаянием, теплотой и юмором. Первое заседание народного суда, где судьбы людей меряются не буквой старого закона, а революционной совестью, высшим законом справедливости. На скамье подсудимых Евдокия. Она молчит. Ее тоска, отчаяние, теперь уже ненависть ко всему окружающему достигли предела. Сожаления о случившимся нет,- ей кажется, что другого выхода не было. Она готова принять суровое возмездие. И вдруг она слышит людей, которые ей сочувствуют, понимают ее, хотят помочь. И наконец, вердикт. Потрясший ее приговор: дать ей новую квартиру и разъяснить учение Маркса.
Необычайно сильно передаёт Ужвий происходящее у нее в душе. Искусство актрисы потрясает. Евдокия Козлова глубокий, вдохновенный образ, изваянный настоящим мастером.
Лишь еще одну роль можно поставить рядом с Евдокией Козловой — это роль партизанки Олены Костюк в Фильме "Радуга", поставленном в 1943 году.