Процессуальное положение защитника определяется правовыми нормами, которые обуславливают возникновение особых уголовно – процессуальных отношений между сторонами защиты и обвинения.
Защитник допускается к участию в деле с момента вынесения постановления о привлечении лица в качестве обвиняемого. Из этого правила существуют исключения. Так, защитник участвует в уголовном деле с момента возбуждения уголовного дела в отношении конкретного лица; с момента фактического задержания лица, подозреваемого в совершении преступления; с момента объявления лицу, подозреваемому в совершении преступления, постановления о назначении судебно-психиатрической экспертизы; с момента начала осуществления иных мер процессуального принуждения или иных процессуальных действий, затрагивающих права и свободы лица, подозреваемого в совершении преступления (часть 3 статьи 49 УПК РФ); с момента вручения уведомления о подозрении в совершении преступления в порядке, установленном статьей 223.1 настоящего Кодекса по делам, расследование по которым производится в форме дознания.
Распространение правил о допуске защитника к участию в деле на все категории подозреваемых давно обсуждалось в научной литературе, и тот факт, что Конституционный Суд РФ пришел к подобному выводу, свидетельствует о дальнейшем приведении российского законодательства в соответствие с международно-правовыми стандартами. В литературе существует две противоположные точки зрения на проблему представления адвокатом-защитником интересов лица, подозреваемого в совершении преступления. Необходимость такого представления обосновывается тем, что до формирования обвинения защита направлена против подозрения - особой формы причастности лица к совершенному преступлению.
Противники этой позиции полагают подозреваемого временной процессуальной фигурой, а подозрение - относящимся только к обстоятельствам задержания или применением меры пресечения, вследствие чего видят нецелесообразным распространение функции защиты на подозреваемого.
Вместе с тем, обеспечение права на защиту не только задержанным или арестованным, но и тем, в отношении которых избрана иная мера пресечения, способствует укреплению процессуальной гарантии личности в уголовном судопроизводстве, сможет исключить случаи допросов в качестве свидетелей лиц, впоследствии подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений.
Мы согласны с К.В. Питулько, который читает, что на Конституцию РФ повлияли «Правила Миранды», сформулированные в 1966 году Верховным Судом США, затрагивающие, в том числе, и допуск адвоката к участию в деле на ранних этапах расследования и подвергающиеся сейчас резкой критике в юридических кругах этой страны за то, что «это плохое продуманное средство защиты подозреваемых от принуждения и хитрости в полицейских допросах», не может служить обоснованием ограничений для осуществления защиты лиц, подозреваемых в совершении преступлений.
Читать далее на сайте "Адвокат в Краснодаре".
Если хотите читать новые публикации, обязательно ставьте лайки, делитесь материалами и подписывайтесь на канал. Наша задача - делиться с вами только полезной информацией.