Так получилось, что в рекламное агентство я попал несколько позже, чем собственно в Рекламу. И вот, когда уже был в Рекламе, но еще не в агентстве – мне казалось, что рекламное агентство – это такое волшебное место... Где неизменно царит творческая атмосфера, где фонтанируют различные идеи и прочий креатив, где весело и остроумно, одним словом – как сейчас скажут, «всегда на позитиве». В принципе, мне и сейчас так кажется...
На самом деле в моем Первом агентстве все выглядело чуточку приземленнее. То есть, хватало и творчества с креативом, конечно. Но хватало и суровых трудовых будней, когда бывало не до смеха!
Самыми озабоченными неизменно выглядели водители, хотя от них трудно ожидать иного... Зачем водители в рекламном агентстве, спросите вы? Ну как, кто-то должен ведь возить Руководство на различные важные мероприятия! А главное – интернета не было, и все «коммуникации» приходилось тогда осуществлять буквально вручную! Да, и вот водители - вечно у них что-то не заводилось, что-то барахлило, что-то стучало и так далее.
Вторыми по разделу «печаль в глазах» проходили, как ни странно, дизайнеры. У них тоже: постоянно что-то «не заливалось», «не грузилось», глючило и висло, и если ты видел скорбно плетущегося по коридору человека, и это был не водитель, то можно было не сомневаться: это дизайнер!
А вот кто был в агентстве самый веселый и жизнерадостный – так это курьер! Фамилия ему была Соловьев.
Никогда с лица Соловьева не сходила улыбка. И когда его отправляли в десять мест за день, причем в самые отдаленные уголки Москвы, и когда он терял какие-то важные документы, и даже когда Высшее Руководство впало в ужас, что конфиденциальнейшая информация, доверенная Соловьеву, была отвезена совсем не туда, в результате чего был нанесен мощнейший репутационный удар, лучше бы он их вообще тогда потерял, чем отвез НЕ ТЕМ ЛЮДЯМ... и только Соловьев продолжал улыбаться!
Был Соловьев, как сейчас сказали бы – сознательный дауншифтер. То есть, человек, осмысленно отказавшийся от жизненной суеты и материальных благ ради внутренней свободы. В принципе, глядя на его постоянную улыбку – можно было сделать вывод, что искомую свободу он действительно обрел.
Соловьев же был и наиболее востребованным сотрудником Агентства. С самого утра и до вечера – только и раздавалось: «Где Соловьев?!» «Когда Соловьев вернется?!» «Соловьева не видели?!»
Никого не искали так часто, как Соловьева – даже Генерального директора! Человеку несведущему, случайно зашедшему в агентство, могло показаться, что главнее всего здесь – именно Соловьев!
А однажды...
А однажды улыбка на лице Соловьева была особенно радостной.
- Соловьев, как дела? – спросили его, - Ты сияешь прям! Премию дали? Или новые ботинки взамен истертых на работе?
- Нет! Я пошел отпуск просить – а Генеральный мне сказал: «Зачем тебе отпуск? Ты и так на свежем воздухе работаешь. Это я вот в пыли кабинетной целыми днями, без солнца...»
- Ну а ты?
- А я взял и уволился!!!
Нет, жизнь не рухнула и мир не перевернулся... Но знаете – очень стало не хватать Соловьева и его улыбки! И еще долго по привычке сотрудники агентства выкрикивали, а потом спохватывались: «А Соловьев где? Опять курит? А, ну да, да...»
Жизнь текла своим чередом. Менялись все: и водители, и дизайнеры, и начальники отделов и директора департаментов. Да что говорить: и самого Генерального директора однажды заменили! Думаете, о ком в кулуарах по-прежнему вспоминали чаще всего? Конечно, о Соловьеве!
А однажды даже, в какой-то момент, когда дела агентства пошли не очень хорошо – кто-то, описывая сложившуюся обстановку, в сердцах воскликнул:
- При Соловьеве такого не было!!!
Теперь вы знаете, кто в рекламном агентстве главнее всех.