Как, скажите, не случаться плохому, если каждый второй сказочный герой - провокатор?
Марья Моревна, например. Собирается на войну и, оставляя мужа на хозяйстве (да, читатель, типичное патриархальное семейство), показывает ему какую-то маленькую комнатку и говорит:
- Везде ходи, за всем присматривай; только в этот чулан не заглядывай!
А в чулане, разумеется, Кощей. И, конечно, Иван-царевич, едва благоверная ушла, ринулся туда с прытью вернувшегося из командировки мужа и нажил кучу неприятностей.
Вот можно ли верить, что Марья Моревна действительно не хотела, чтобы чулан открывали?
Не хотела бы - как минимум, забрала бы с собой ключ. Как максимум - вообще бы замуровала сказочную нечисть в комнате без окон-без дверей. Бункер бы ему под землей сделала, как в саду рейхсканцелярии, чтоб и не узнал никто, чтоб там - Кощей.
Но она, в точности как Синяя Борода, дала ключик и заветную дверцу показала.
И глаза - добрые-добрые.
(Ну Синяя Борода-то, ясно, просто играл в кошки-мышки с очередной жертвой. Но Марья Моревна?.. И ты, Брут?)
А в сказке "Гуси-лебеди" провокаторы - родители.
- Дочка, дочка! - говорила мать. - Мы пойдем на работу, принесем тебе булочку, сошьем платьице, купим платочек; будь умна, береги братца, не ходи со двора.
Дочка, конечно, забыла про эту инструкцию. Но что с нее взять, она маленькая еще. А вот родители, зная, что по округе летают хищные птицы, промышляющие киднеппингом, вместо того, чтобы детей на семь замков запереть или няню им нанять, ограничились устным наставлением.
Психологи даже пишут нынче, что это сознательная провокация со стороны родителей. Специально, мол, бросили, чтоб девочка сама прошла яблочно-пирожковый квест, повзрослела и братца спасла...