1883 год - 1923 год, Чехия
Чешский журналист и писатель.
«Почти всё, что было написано Гашеком перед Первой мировой войной, создавалось в самых неподходящих местах - в трамваях, на улице и, разумеется, в многочисленных пражских кабачках, где писатель проводил почти всё своё время. Порой Ярослав доходил до самых крайних проявлений буйства, после чего нередко оказывался попеременно то в полицейском участке, то в лечебнице для душевнобольных».
500 знаменитых людей планеты / Автор-составитель В. Скляренко, Харьков, «Фолио», 2005 г., с. 176.
Наиболее известное произведение Ярослава Гашека – незаконченный роман: Похождения бравого солдата Швейка во время мировой войны / Osudy dobrého vojáka Švejka za světové valky. Автор продолжал диктовать роман за 5 дней до смерти.
«... прежде всего надо начисто отмести вздорное представление о «гуляке праздном», как совершенно противоположное фактам. За свою короткую жизнь (Ярослав Гашек не дожил и до сорока лет) этот «праздный гуляка» успел сделать больше, чем иные писатели за восемьдесят лет.
Он оставил чешскому народу несколько сот рассказов, почти каждый из которых может войти в хрестоматию; несколько пьес, сверкающих остроумием; газетные статьи, ещё полностью не собранные; и, наконец, «Швейка» - бессмертную книгу, по своей художественной силе и вечно живой народности достойную, на мой взгляд, стать в одном ряду с творениями античной литературы, пережившими тысячелетия, такими, как «Облака» Аристофана или романы о «Золотом осле» Апулея и Лукиана.
Эту книгу - неисчерпаемый источник простого человеческого наслаждения для миллионов читателей - он писал с великой тщательностью и глубочайшей творческой серьёзностью. Каждый рассказ, каждую главу он проверял на живых слушателях из народа, читая их вслух, жадно впитывая каждое замечание, наблюдая каждую реакцию. […]
Всегда высмеивая в своих рассказах также и себя самого или то, что случилось с ним самим, он в «Исповеди холостяка» и особенно в неожиданном конце этого рассказа даёт заглянуть в свое отношение к мещанскому браку как к ловушке, куда загоняют человека, потому что он сам её себе выкопал. Сила его сатиры и юмора становится в годы любви его к Ярмиле ещё более режущей, темы его юморесок углубляются, необходимость писать во множество газет и журналов, подчас таких, как «Женское обозрение», помогает ему из юмориста становиться и серьёзным публицистом. […]
Но об одном из «политических дурачеств» Гашека хочется всё же рассказать подробнее: так метко ударило оно по всему слою приверженцев политического оппортунизма. Шли выборы в австрийский парламент. Предвыборная кампания разыгралась в самых посещаемых кабачках и кофейнях, «ресторациях» Праги. Хозяева их потирали за стойками руки: в кассу текло золото. Но не радовался хозяин жалкого кабачка «Кравин» на окраине города, в районе Винограды, - у него было пусто. И вдруг знаменитый чешский сатирик, от одного имени которого у пражских старожилов расползалась по лицу улыбка, объявил этот кабачок местом предвыборных собраний новой партии - партии «умеренного прогресса в рамках законности», основателем которой и первым кандидатом в парламент был он сам.
Пошла в ход мощная предвыборная литература, печатались воззвания, устраивались митинги. Гашек выступал с захватывающими речами, украшенными всеми фигурами красноречия, как речи Цицерона против Каталины, но от содержания речей, превращавших в потеху политическое соглашательство и обывательское «чего изволите», слушатели помирали со смеху. В кабачок нельзя было протиснуться, толпа стояла за дверями. Каждый прогресс обходится чёрт знает во что человечеству, вещал Гашек. Вот, например, молочница такая-то купила йоркширскую свинью вместо родной, домашней, - и что же? Та ей принесла и всего-то трёх поросят, в то время как Швейковские сравнения текли потоком, сбивая с толку усталых австрийских сыщиков, тщетно искавших, к чему бы придраться. «Будем прогрессировать с разрешея начальства ровно настолько, насколько позволено, - и волос не упадёт с головы нашей», - взывал со всей серьёзностью Гашек; и не к чему было прицепиться сыщикам. Поэт Иозеф Маха сочинил гимн «Мирного покрока» (прогресса) ; его торжественные ямбы пелись толпой в конце каждого собрания:
Иные хотят стремительного прогресса,
насильем опрокинуть мировой порядок,
мы хотим мирного прогресса ныне.
Пан Гашек - наш кандидат!
И выборы происходили всерьёз, а паи Гашек получил даже тридцать восемь настоящих голосов. Невольно спрашиваешь себя: что могло бы произойти, если бы Гашек-Швейк и действительно попал в австрийский парламент?
Но самым замечательным в этой истории был всё-таки её конец. Когда спустя несколько лет больной Гашек вернулся из России на родину и увидел, что делается в «свободной» Чехословацкой буржуазной республике (провозглашенной 28 октября 1918 года) и как ведёт себя в этой республике чешская социал-демократия, он созвал «второй съезд партии мирного покрока» и торжественно «распустил» её со следующим постановлением: самороспуск партии вызван её ненужностью, поскольку ныне «чешская социал-демократия целиком приняла программу умеренного прогресса и в желательной осторожной форме вступается за постепенное необременительное для властей, церкви и богатых людей урегулирование экономических отношенией...».
Шагинян М.С., Ярослав Гашек / Зарубежные письма, М., «Советский писатель», 1977 г., с. 455, 466 и 468-469.
Если публикация Вас заинтересовала - поставьте лайк или напишите об этом комментарий внизу страницы.
Изображения в статье
- Ярослав Гашек вернулся в Прагу в 1921 году. На экскурсию, By Unknown photographer - IMS Vintage Photos, Public Domain
- Мини-скульптура на фасаде пивного бара «Гамбринус» в Одессе, Автор: JacobOdessa - собственная работа, CC BY-SA 4.0
- Швейк в тюрьме. Иллюстрация К. Штроффа к предвоенным рассказам о Швейке, 1912 г. Автор: Karel Stroff (1881-1929) - Hašek, Jaroslav. Dobrý voják Švejk a jiné podivné historky. Praha: Hejda a Tuček, [1912. 261 s.], Общественное достояние