Высокий (прилично за 180), плотно сложенный, с интеллигентным лицом, обрамлённым бородкой. Нет — бородой. 24 года. Какие проблемы могут быть у такого видного парня? За красивым и крепким фасадом — постоянные срывы в паранояльные состояния (зацикленность на иррациональных мыслях) и даже панические атаки в ситуациях, когда находит повод усомниться в отношении к нему своей девушки. Обобщив, пришли к пониманию, что это, по сути, острые приступы неуверенности в себе. Эта неуверенность присутствует в нем, как магма под корой планеты. Находит тонки места и извергается с впечатляющими эффектами. Но откуда такая неуверенность у человека, щедро одаренного природой физически и интеллектуально, и даже лидерскими качествами (выяснилось, что он куратор группы разработчиков сложного программного модуля в одном проекте)? На рациональном уровне он понимает, что нет повода сомневаться в отношении свой девушки, нет повода ожидать от незнакомых людей внезапного нападения, коллеги не сомневаются в его компетентности и т.д.
Вспоминая себя в детстве, К. (обозначу так этого человека) видит себя более открытым, уверенным в себе (скорее охотник, чем жертва). И вот тут звучит: "У меня был довольно суровый отец. Он придерживался спартанского воспитания". Развивая эту тему выяснили, что отец не позволял себе ни в чём перечить, резко реагировал на любое непослушание. При этом для сына был образцом силы и твёрдости. Жёсткий и непререкаемый авторитет. Ну, и что в этом плохого? Да, у такого отца не забалуешь: уроки сын не прогуливал, домашку делал, физически был подтянут. Но под этим важным, но внешним благополучием с годами копилась неуверенность в себе. В тот период, когда у ребенка формируются базовые модели социального поведения, в том числе — поведение в конфликтной ситуации, отец, по сути, приучил сына к беспомощности в ответ на внешнее давление. Родитель — огромная и важнейшая часть мира ребёнка. И вот эта часть каждый раз показывает: нравится тебе или нет, но только попробуй хоть как-то протестовать — тут же прилетит. Не обязательно оплеуха. Эмоциональная агрессия ничуть не менее травмирует. Конечно, причина нынешнего состояния К не только в чрезмерной жесткости отца. Некоторую паранояльность К отмечает у себя с раннего детства. Нет, не спешите с вердиктами: "Да он параноик! Сам ведь признаёт". Как раз-таки реальный параноик никогда не признаёт у себя такого расстройства. Оно у него как глаза, которые сами себя видеть не могут. А зеркалам он (параноик) не верит. В той или иной мере паранояльность присуща всем. Вопрос меры. Очевидно, что она у него оставалась бы в пределах нормы, если бы в семье он получал подкрепление своей самооценке, если бы родитель учил его решительно защищать себя, в том числе, даже если не прав сам отец. Это, а не постоянное давление без права возражения.
Ситуация с К. не безнадёжна. Но позитивные изменения потребует от него длительной и постоянной работы над собой. Конечно, желательно с периодической поддержкой грамотного психолога. Но это уже ему решать и он это осознаёт. Я же испытываю сожаление: ведь могло бы этого и не быть. Родители, особенно отцы-командиры, так ли надо разыгрывать из себя Всемогущего, Непогрешимого и Неумолимого? Вы это действительно делаете на благо своего ребёнка (чтобы не наделал глупостей; чтобы не дурака валял, а делом занимался; чтобы за него не было стыдно ...) или, на самом деле, это вашему личному театру требуется безотказный зритель?