Гигантское, доисторическое туловище комбината развалилось вдоль кольцевой дороги на добрый километр и всё же было полностью похоронено Городом в глубине своих вен и артерий бесконечных развязок, окружных и магистралей, словно он стыдливо прятал его от любопытных глаз - как прячут некрасивый шрам на теле. Я долго петлял, насторожено поглядывая на бесконечный забор с ржавой колючкой, силясь обнаружить лаз в этот таинственный мир, и закономерно ошибся воротами, перепутав парадный вход для людей со входом для крупного рогатого скота, чем непомерно удивил местную охрану. Вроде не свинья и не корова, наверняка подумали будочные люди в темно синих надутых латах, вежливо отправляя меня в противоположную сторону.
Иду, хлюпаю по черным лужам, шмыгаю осенними соплями и думаю о несметных богатствах, обещанных человеческим голосом по телефону. Ещё волнуюсь внутри, радуясь первой работе в Москве и одновременно пугаясь её – в общем не теряю надежды найти приют в этом огромном, многоголовом организме. Наконец нахожу проходную. Будочные люди по ту сторону решёток принюхиваются ко мне, но успокаиваются сразу, как слышат знакомое имя, названное мной в телефон со значимой интонацией. Я предъявляю паспорт, прослушиваю краткую географию комбината и снова отправляюсь в путь, едва отдышавшись. Вспоминаю Купринский «Молох» с его сталелитейным заводом – целым кирпичным городом с разбросанными по территории зданиями и с вечно коптящими трубами. Но здесь нет запаха железного угара. Комбинат дышит отходами, перерабатываемыми в костную муку и рыгает на тебя запахами застоялой, подгнивающей крови из убойного цеха. Скоро я пропахну всем этим великолепием и стану родным этому чудовищу. Моя сознательность и целеустремленность стремятся в мутноватую от серого дыма небесную высь.
И вот я на пороге основного корпуса. Меня встречает Наталья Петровна. Молодая женщина в белом облачении халата с оттянувшимися под тяжестью ключей карманами. Она приветлива, но сосредоточена - она уместно мила. Все, как и подобает небожителю. Наталья Петровна тянет меня за собой в лифт. Я повинуюсь, скребусь по советской кафельной мозаике, не успевая разобрать выложенные на полу и стенах замысловатые рисунки – настоящий музей зеленого цвета и безграничной фантазии. В лифте продолжаю пялиться в пол, иногда поглядывая то на свои обиженные лужей ботинки, то на блестящие жиром резиновые сапоги небожителя. Поднимаемся на самый верхний этаж и бредем по коридору, пока не попадаем в просторное угловое помещение с большими квадратами окон. В центре за широким рыжим столом в самой высокой накрахмаленной короне восседает сама королева небожителей, рядом за столами поскромнее суетятся её верные помощники – мастера. Королева величественна и благосклонно старается не раздавить меня взглядом, который весит как пара замороженных туш.
- Ольга Николаевна – Главный технолог, - представила королеву Наталья Петровна и вдруг солнце озарило оплот небожителей и будто вместо королевы со мной заговорил свет:
- Ну рассказывай, кем работал?
Я зажмурился, но не потерялся.
- В основном наладчиком. Немного термистом и фаршесоставителем, - ответил я и через секунду добавил, - только пингвином работать не заставляйте…
- Пингвинов у нас хватает, механиков и алхимиков тоже, а вот на печи человек крайне необходим. Попробуешь? – спросила королева.
- Легко! Когда можно приступать? – вера во мне постепенно крепла, вымещая собой надежду.
- Да прямо сейчас и приступай. Наташа, отведи его к Горынычу, – пусть владения свои покажет мальчику.
- А как же медицинский осмотр, Ольга Николаевна? – решил я отчего-то поумничать.
- Так давай мы тебя сейчас прямо тут осмотрим. А? Девочки мои, думаю, будут не против, - помещение рухнуло от разрушительного хохота небожителей, а я бочком выскользнул в коридор и зашагал за Наташей от греха подальше.
«Тоже мне мальчика нашла! И не проверяла ведь ещё!» – подумал я, чувствуя, что мне здесь может понравиться.
<<<<Проглотить следующую часть можно здесь>>>>