Какая красивая стоит осень! Тепло. И никакой, абсолютно никакой нет осенней хандры, хотя Дзен пестрит советами, как ее правильно преодолевать.
Наоборот, во всем какое-то умиротворение...
Хочется слушать ностальгическую музыку. И не грустить при этом, а думать о хорошем. Например, устроить ренессанс любви.
Хочется надеть что-то красивое, набрызгаться хорошими духами (ну и что, что дорого! Себе -можно!) выйти из дому и пойти на работу. И ничего не делать. Хоть один день...
Потом прийти домой. Неспешно чего-нибудь поесть. И не суп. А - что-то! И тоже ничего не делать. И опять думать о хорошем. Вспомнить что-то. Чему-то про себя посмеяться. Про себя - это не с кем-то. С кем-то комедию хорошо смотреть и вместе смеяться. Так смешнее. А про себя - это когда только ты и твои мысли. Иногда в них никого не хочется впускать. И всегда почему-то лезут...
Вот и вспомнила одну историю. Я не знаю, какая она -смешная или не очень. Она -осенняя. Бывает осень -золотое на синем. А бывает... Совсем другая бывает она. Вот такой рассказ -не рассказ, история-не история...
Одним словом, ШЕЛ КОЛЯ ДОМОЙ...
Осень стояла - не золотое на синем. Дождь -не дождь, а - сыпалось что-то противное с неба. Под ноги. За воротник. Галки летали туда-сюда стаями. Грелись...Темнело на глазах.
Коля шел домой. И был Коля не то чтобы в стельку пьян. Коля пьян был в обе подошвы своих видавших виды ботинок. Из тех, что в народе зовутся... Ну, ими топчут удобрение биологического характера. При этом он не шатался из стороны в сторону, не спотыкался, поскольку это было нормальное, каждодневное Колино состояние. Домой он не спешил. Ибо знал наперед, что будет, когда переступит порог.
Жили они с женой его Веркой на третьем этаже старой пятиэтажки. Мы, к слову, там же жили, только - на первом. Детей у них не было. А вот что было, так это каждодневные скандалы с Веркиными криками "где деньги, гад!". Надо сказать, что супруга Колина тоже не в ухо несла. Даже, можно сказать, мало в чем уступала Коле в их главном жизненном вопросе: кто кого перепьет. Весовые категории у них были примерно одинаковые -оба худые, в чем душа держалась. Оно и понятно - с чего жировать-то? Работал один Коля, да и то сказать "работал". В 90-е ( а о них и речь)заводы-предприятия медленно умирали, и реанимировать их никто не собирался. Так, поддерживали жизнь. А Верка пробавлялась случайными заработками - у кого побелить-покрасить или вскопать огородик. Заработанное до дому доносилось редко. Вся надежда на Колю была. И не всегда он эти надежды оправдывал.
Весь подъезд к этим вечерним семейным встречам привык. Да и безобидные они были, Коля с Верой. Пошумят-поорут, обнаружат на балконе забытый НЗ и, уже тихо его опростав, уснут. И воцарялась тишина. До утра.
А утром к нам в дверь позвонили. Кто, думаю? Суббота. Никого не жду. Открываю. Коля. Тут надо пояснить, что общение наше с этими соседями сводилось к ежедневному моему "здравствуйте." "Здрасьте" в ответ и - все. За спиной иногда слышала : "Учительша пошла. Слыхали, у нее кот пропал. Не иначе -сперли. Дорогой кот-то"...
А тут визит. Удивилась. Потом поняла, что рано удивилась. И - мало.
Коля потоптался у дверей и с трудом (оно и понятно, если вспомнить про вчера)выдавил: "Я, это, здрасьте... Я чего спросить хотел - у вас "Война и мир" есть? Книжка...Дайте, если есть. Я верну."
Я даже не нашлась сразу. "Книжка"-то была. Как была и уверенность в том, что Коля ее вернет. Вот такие коли и возвращают. А интеллигентные Венедикты Аркадьевичи -не всегда. Только зачем она ему?!
Стыдно сказать, но едва удержавшись от смеха (сюрреализм какой-то: Коля и Лев Николаевич..), спросила, зачем. Почитать?
Да нет, говорит. У меня есть племянница. Ей надо. А в школьной библиотеке все разобрали. Дайте,а? Я верну..
Просил без всякой надежды Коля. И в глаза не смотрел.
Я достала из книжного шкафа толстый том, сказала, что это не все. Потом, как прочтет, пусть приходит за другим томом.
"Спасибо вам...!" И ушел. А через пару дней снова позвонил в дверь. "Вот, держите. Не подумайте чего, не совсем уж я..." И протянул мне огромный пакет винограда. Осеннего. Черно-сизого цвета. Отказывалась... "Берите, не обижайте!" Взяла...И почему-то заплакала, когда он ушел.
Книгу он вернул через три недели. И был при этом абсолютно трезв.
...Осень. Не такая, как тогда. А -золотая на синем. На душе - не грусть. Покой. Воспоминания, обрывки складываются в истории.
Мы давно уже не живем в том доме. И лет пятнадцать как Коля эту землю покинул. Ему и оставлять-то на ней было нечего. Верку разве что... Да и она последовала за ним незамедлительно. Если есть ДРУГАЯ жизнь, то они там пьют нектар и закусывают амброзией. Легко поругиваются при этом. А чего ссориться? Все уже позади...
Ненавижу пьянку. А на них никогда не сердилась. Вот и теперь вспомнила и улыбнулась.
Я желаю вам всем хорошей осени. Добрых воспоминаний о чем-то, что ушло с летом. Все еще вернется. И мы будем желать друг другу добра. Всю осень. А потом -зиму. И так пусть будет всегда...