Во времена Иисуса Христа не существовало ни химиотерапии, ни радиационных методов лечения, ни, тем паче, систем искусственной вентиляции легких. Семейство когдатошних иммигрантов из Кореи мистера и мадам Ли об этом догадывается, но, тем не менее, не соглашаются удовлетворить последнюю просьбу смертельно больной дочери, ибо это, дескать, будет грех неискупимый.
28-летняя Грейс Сун Ли пребывает в больнице на Лонг Айленде (Нью-Йорк). Еще год назад Грейс работала менеджером в «Bank of America» и готовилась к участию в знаменитом Нью-Йоркском городском марафоне.
Опухоль в мозговом стволе дала о себе знать внезапно — сильным припадком. После диагностирования рака медики назначали и химотерапию, и радиацию, но терапия не помогла остановить развитие малформации и очередной судорожный приступ парализовал мисс Ли от шеи до пят, приковав к больничной койки. Дышать самостоятельно пациентка не может, воздух в ее легкие подается по трубкам от специальной машины. Разговаривает больная с огромным трудом и все, о чем она почти неразборчиво просит медперсонал — это отключить ее от воздуховодов.
Однако родители категорически против, рассматривая единственное желание обреченной на мучения дочери, как страшный грех самоубийства. В упрямости бывших иммигрантов играет роль и то, что папаша Грейс служит пастором в Корейской церкви района Квинс и не желает портить репутацию последовательного адепта догм. Мать пациентки Джина во время визитов в больницу убеждает дочь, что ей вот-вот станет лучше, т.к. Бог поможет. А потом она, мол, попадет в рай, а не в, извините, ад. Чуть ли не ежедневно корейцы-христиане устраивают у постели парализованной хоровые богослужения.
Желание Грейс умереть богомольцы-родственники пытаются объяснить тем, что больную пичкают лекарствами, лишающими ее рассудка. Однако, по данным медиков, морфин и транквилизаторы, которые колют пациентке, не способны затуманить ее сознание и повергнуть в уныние, скорее наоборот.
С точки зрения биоэтики, если пациент в состоянии принять решение касательно своей судьбы, то оно является своего рода законом для врачей. Но есть и другая точка зрения — догмат корейской культуры, согласно которому слово родителей важнее всякого мнения их ребенка, при этом не важно, сколько детям лет и что они переживают. Отец и мать несчастной мисс Ли не хотят или не могут понять, что их семья уже никогда не будет прежней.