Элишка переодевалась обратно в школьную форму, когда после урока физкультуры, в раздевалку зашла классная учительница.
— Ондеркова, — окликнула она толпу стоявших возле шкафчиков девочек. Эли, наполовину влезшая в свитер, поправила горловину и вышла на свет.
— Что?
— За тобой отец заехал. Ждет на вахте. Дальше мы его не пустили.
— Зачем это? — девочка нахмурила лоб, стараясь понять, какого черта, его принесло в школу. И какие слухи поползут, если он заявился пьяным в школу. Она мельком взглянула на большие круглые часы, висевшие на соседней стенке и, задумавшись, пробормотала что-то невнятное себе под нос.
— Что ты сказала? — переспросила учительница, наклонившись к ней.
— У него йога по утрам. Должно быть, случилось что-то важное, раз он приехал, — сказала она, схватив за ручку рюкзак, и кивком головы простилась с подругами.
— Пошли уже. Вот сама и спросишь. Он нервный какой-то. Охранник его поймал на лестнице, почти за шиворот схватил.
— Точно пьяный, — подумала про себя Элишка и угрюмо поплелась за учительницей. — И как он не понимает, что разрушает своим поведением всю ее жизнь. — Она уже обдумывала, что напомнит ему о том, как он распорядился жизнью матери, когда увидела возле входа встревоженного Карела.
— А ты что тут делаешь? — воскликнула она. — Ты с ним что ль приехал?
— Эли, детка, — Карел нелепо улыбнулся и прошептал ей одними губами что-то вроде просьбы подыграть. —У нас дома случилось нечто важное. Я, — он сделал паузу, — как твой отец решил, что должен лично тебе об этом сказать и не смог терять ни минуты. Простите, — теперь уже он обратился к стоявшей возле него учительнице, — что отнимаю ваше драгоценное время, но мне очень нужно забрать свою дочь в больницу.
— В больницу? — с сомнением переспросила она, поправив на носу очки в толстой металлической оправе. — Она что больна?
— Нет.
Элишка сложила на груди руки в ожидании того, что Карел наконец-то раскроет все карты. Эта игра порядком ее подбешивала. Она конечно с радостью сбежала бы с уроков. Но ей совсем было не по душе то, что он разыгрывает какой-то бессмысленный спектакль.
— Что случилось, ты можешь сказать? — она взяла его за руку и с вызовом посмотрела ему в глаза.
— Понимаете, — Карел продолжил свой диалог с учительницей.
— Бабушке плохо? Да, скажи ты! — вспылила она. От терпения остались одни крохи.
Мужчина продолжал стоять в пол оборота к учительнице и говорить, — понимаете, нам очень надо в больницу. Ее мама очнулась.
— Что? — Элишка с испуга чуть не назвала его Карелом вместо папы. — Что ты сказал? Мама очнулась? О, Боже. — Казалось она сама от неожиданности может потерять сознание. В ней в одночасье смешалась такая гамма эмоций, что девочка прикрыла рот рукой и все равно разрыдалась.
— Да, конечно, езжайте, — проговорила не менее ошеломленная учительница.
— Спасибо! — Карел поблагодарил ее, взял за руку девочку и вывел за пределы школы.
Она выглядела такой потерянной и одновременно счастливой, что он не знал, что еще нужно предпринять, чтобы привезти ее в чувство. Поэтому какое-то время они просто нарезали круги вокруг соседних домов, пока Элишка не успокоилась и не начала задавать более или менее серьезные вопросы.
— Кажется, ты готова ехать. По дороге расскажу то, что знаю, — сказал он, и они уселись в машину, на которой приехал Вилем.
23.5#Praga_book (Прага)
Продолжение следует в новой статье. Подписывайтесь на канал, чтобы быть в курсе событий.
Читать все главы сначала по ссылке.