Знаменательно, что с особенной силой имя Ермака прозвучало в сказаниях племен, кочевавших у «Озера колоколов», то есть у Зайсана, или «'Китайского озера». Ойраты сложили такое сказание о Ермаковой гибели: Захваченный врасплох Кучумом у «переколи», Ермак, «одеян ж елезом », пошел ко дну, но тело его было разыскано врагами. Оказалось, что на широкой груди героя был не один, а два панциря. Татары поделили между собой тяжкие брони. С течением времени один из панцирей попал в руки тобольскому служилому татарину Кайдаулу-мурзе — вероятно, тому самому проведывателю новых земель, о котором говорилось в начале нашего очерка. Доблестный Кайдаул берег железное одеяние Ермака, как святыню. В шестидесятых годах X V II столетия в окрестностях Зайсана и впадающего в него Черного Иртыша жил могущественный правитель западных монголов-ойратов Аблай-тайша, друживший с русскими. Однажды он прислал в Тобольск своих людей, которым поручил удивительные переговоры о панцире Ермака. Еще Багиш-тайша, о