История о картинках и песенках, которые становятся экстремизмом, диверсией, возбуждением ненависти, оскорблением чувств верующих, унижением достоинства и расы.
Некогда скандальным «делам о мемах» сегодня уже особо не удивляются: особенно до частичной декриминализации, правоохранители быстро вошли во вкус: стали повышать статистику за счет простых дел и невинных людей. Возникла целая когорта так называемых экспертов, готовых увидеть экстремизм где угодно.
Российская цензура (которой, вроде, нет) запрещает всё новые статьи, листовки, брошюры, картинки (их текстовые описания), видеоролики, фильмы, песни, книги, газеты и журналы. За комментарии и даже репосты пользователей соцсетей привлекают к административной и уголовной ответственности.
Всё это хранится в федеральном списке, в котором сегодня (18.09.2019) почти 5000 записей, и все эти материалы взяты из вступивших в законную силу решений суда.
По так называемым экстремистским статьям существуют сложности в квалификации. Сами подумайте, кража, она и в Африке кража. Другое дело – оскорбление чувств верующих. Что такое оскорбление? А теперь ответьте на этот вопрос с учетом разъяснения Пленума, где говорится, что критика религиозных объединений, обычаев - сама по себе не должна рассматриваться, как враждебное действие. И где грань между критикой и оскорблением?
Этими же вопросами, видимо, задаются судьи, и, не найдя адекватного ответа, ориентируются на экспертов, порой, перепечатывая текст заключения в приговор.
Таким образом, судьба человека зачастую зависит от того, увидит ли эксперт желание подсудимого ограничить в правах якобы неугодных ему лиц, относящимися к защищаемым законом группам, что, по сути, приводит к тому, что установлением наличия умысла лица на совершение деяния занимается именно эксперт, а экспертом может быть любое лицо с филологическим образованием.
Всё это приводит к тому, что в некоторых процессах торжествует абсурд, и дремлет здравый смысл, а в результате ломается жизнь людей, как правило, очень молодых.
Мы категорически против деяний, которые реально влекут ужасные последствия, о которых и думал законодатель, вводя серьезные наказания за подобные серьезные преступления.
Проблема заключается только в том, что нужно уточнить понятия, чтобы предотвратить как совершение реальных преступлений, так и уголовное преследование за глупые шутки.
