В этом году, во время практически трехмесячного путешествия по Белому и Баренцеву морю, мы неоднократно встречались с работниками пограничной службы. Как будто, пересев на яхту, мы вдруг резко стали для них заметны, а раньше на самодельном катамаране и тримаране (тех же размеров), они нас совершенно не видели, и мы с ними за десять лет на севере не пересекались в принципе.
Но не суть. В общем, после трех встреч с пограничниками на Беломорье, далее в Баренцевом море мы вновь повстречались погранцами. Одного из них аж пришлось вести на байдарке на нашу лодку, чтоб он ее осмотрел на предмет наличия чего запрещенного (своего судна, даже завалящей надувной лодочки с мотором у них почему-то не было).
На тот момент море сильно волновалось, ветер дул с порывами до 10 метров в секунду. И хоть мы стояли в относительно защищенном месте, волны были довольно интенсивны, из-за чего лодку беспрестанно качало из стороны в сторону.
Пограничник залез с бодрым видом на лодку, присел у входа в каюту и тут же ухватился взглядом за ружья, потребовав документы на них. Мы эти документы предъявили, пограничник их проверил, убедился в том, что все в порядке, и вдруг неожиданно с ним что-то случилось. Движения бойца стали неточными, язык начал заплетаться, и каждое действие давалось ему с явным трудом. Очевидно, пограничника накрыло сильнейшим приступом морской болезни. Я поразилась скорости воздействия качки, но вот, реально - всего через минуты три нахождения на судне сотрудник полностью вышел из строя. Б*я, - сказал он, - как вы выдр... выдердж... выдерживаете такую качку, как спите. Ну как - ответил Петр, привыкли, нам пофиг, даже не чувствуем ее. Но тут, мол, все зависит от судна. Окажись мы на ином судне, например корабле, с другой амплитудой качки, то не факт, что нас бы не укачало.
Но кажется, погранец наши рассуждения уже не слушал. Взгляд его расфокусировался как у пьяного, он выглянул наружу и просто несколько минут сидел, проветриваясь, пытаясь прийти в себя и непроизвольно матерясь. Я подумала, что вот он сейчас заглянет обратно в каюту и извинится за мат - это же вроде как не вяжется с этикой государственных служащих при исполнении. Но ему, кажется, было настолько плохо, что он даже не заметил, что матерится. А только пробормотал, что, мол, он занимается гимнастикой и вроде как с вестибулярным аппаратом у него должен быть порядок.
Дальше он кое-как быстро окинул взглядом пространство, спросил что в рундуке, потом долго и бессмысленно рассматривал запасные навигационные огни, упакованные в коробочку, а затем быстро решил сворачиваться и попросил Петю доставить его обратно на берег.
К чему это я. Да, яхта же ассоциируется с комфортом и романтикой. Но ведь, действительно, у нее такая форма, что во время качки она ведет себя как детская люлька, болтаясь из стороны в сторону и испытывая ваш организм на прочность. И даже если вы устойчивы к морской болезни, это все равно мешает заниматься хозяйством и делами - когда все катается туда-сюда. Да и просто даже спать неудобно, когда тебя болтает и даже не закрепиться на поверхности. Так что иногда даже приходится встречать мнения, что катамаран в ряде случаев комфортнее яхты. Это тот редкий случай, когда это мнение верно. В самом деле стоять на якоре в качку - то еще удовольствие.