Реформа орфографии в любом языке - это такая штука, которую время от времени проводить все же необходимо. Хочешь ты этого или не хочешь. Язык со временем меняется, меняются и языковые нормы. Какие-то из них надо фиксировать, какие-то - упразднять. Для этого реформы и предназначаются.
Однако надо различать, когда в реформе есть реальная необходимость, а когда она обусловлена кукурузиной в одном месте. Или вместо оного.
Так, реформа русской орфографии в 1918 году при большевиках была необходима однозначно. Там на одной отмене твердого знака в конце слова после согласных (хлебъ) сколько тонн бумаги и типографской краски сэкономить удалось. Плюс были выкинуты дублирующие и/или неиспользуемые буквы - "и с точкой", "ять", "фита" и др. Тоже давно назревшая мера.
В период с 1918 до 1960 в русскую орфографию вносились некоторые косметические изменения, но реформой их назвать было сложно - ввиду малого масштаба. Самым заметным результатом этих изменений было новое написание глагола "итти" - и то только потому что без него нельзя было обойтись при посылании куда-нибудь.
Но вот в 1960-м году Никита Сергеич Хрущов (не опечатка) - тогдашний руководитель СССР - затеял действительно серьезную реформу русского языка. Реальной необходимости в ней не было. Но просто Никита Сергеич был редкостным безграмотеем. Он безграмотно говорил и еще более безграмотно писал. За это над ним все постоянно смеялись. Даже анекдоты придумывали:
Едет Хрущев на ишаке. Навстречу ему — узбек.
- Ай, какой красивый свинья!
- Это не свинья, а ишак!
- Не с тобой гаварю!
Ну и вот Никита Сергеич и подумал:
А чего это я буду стараться повысить свою грамотность? Давайте лучше понизим ее всему народу. Если я грамотно писать не могу, то тогда пущай и никто не может.
Ну и пошло-поехало. Во-первых, предполагалось отменить все сложные моменты в орфографии. В первую очередь досталось букве "ё". По новым правилам, надо было писать не "жёлтый", а "жолтый". Не "черт", а "чорт". Соответственно, не Хрущёв, а Хрущов.
Отменялся мягкий знак на конце слов после шипящих. Соответственно, сидиш, делаеш, даш, рож, тиш. Впрочем, слово "коммунизм", наоборот, предполагалось писать с мягким знаком после "з". По-другому Хрущов просто не выговаривал.
Отменялось чередование в морфемах "рос-рас", "гор-гар", "бер-бир". То есть, загар - загарать. Выбирать - выбиру, берия - бирия, роспустить - роспуск. И без вариантов.
Особенно досталось цыганам и зайцам. Так, цыган после реформы надлежало записывать как "цигане". И да - не зайцы, а зайци. При том еще слово "заяц" надлежало писать как "заиц" или даже "заец". Последнее особенно доставляет. Так вот приходит муж к жене и говорит:
- Привет, зая!
- Какая я тебе зая! Я теперь уже давно не зая, а зае!
... зае?... Мдда, так и до развода недалеко.
Обсуждался даже переход на фонетический принцип орфографии - писать фсе слава как ани слышацца и праизносяцца. Но до такого не дошло. В октябре 1964 Хрущову устроили импичмент (не только за это, но и за другие косяки - в том числе за несогласованную передачу Крыма Украине), и все наработки по такой реформе были благополучно похерены. Похерены - это от буквы "херъ", которая присутствовала в старом русском алфавите и которая означала "перечеркивание".
Впрочем, надо признать, в этой хрущовской реформе было и рациональное зерно. Кукурузное, разумеется. Так, можно было удачно протолкнуть правописание тех слов, которые мало использовались в тогдашнем русском языке - жури, брошура, парашут.
Можно было даже кофе прописать средним родом. В конце концов, какая разница была советскому человеку: кофе - он или оно? Советский человек в те поры не видел ни того, ни другого.