цикл Естественный отбор v0.9
К 2*** году метан на дне океанов перестал быть стабильным. Наступило великое потепление. Уровень океана поднялся на сотни метров. Человечество оказалось на грани гибели. В этот гибельный час учёные предложили неожиданный выход: уничтожить всё поголовье коров на Земле — Бурёнки производят слишком много этого парникового газа. Подсчёты подтверждали, что уровень метана в атмосфере вернётся к норме, но человечество навсегда лишится привычного, одного из главных источников пропитания. Далеко не все готовы были пойти на такое...
— Почему ты никогда не пьёшь молоко? — вдруг поинтересовался Глеб, не глядя на жену. — Мы женаты столько лет, а я ни разу не видел, чтобы ты его пила. Я без стакана тёплого молока на ночь не усну.
Анна пожала плечами.
— Не знаю... Никогда не пила — не нравится.
— А я не могу себе даже представить, что когда-нибудь не будет молока! В детстве я мог залпом выпить два литра из холодильника! Даже в детстве? Но грудь же ты сосала?
— Ну, то была ещё не я. А что?
Он поднял руку со стаканом и вгляделся в белую жидкость с пенкой наверху.
— Просто удивительно... — он аккуратно поставил стакан на стол, не притронувшись. — Последний стакан молока...
— Ну, не совсем, — улыбнулась жена, обошла стол и потрепала седеющие лохмы мужа. — Ты забил молоком все холодильники, сухого запас на пару лет! Живём, как на складе... Но я не против! — она замолчала, подняв глаза к телевизору на стене. — Снова передают отчёты о коровьем экзитбуле... Так жалко коровок...
Глеб почувствовал паузу и встрепенулся:
— Что там?
— Закончилось переселение Японии. Кадры Фудзиямы и прибой... Жуть.
Примерно через час Глеб в своём кабинете на втором этаже в очередной раз попробовал набрать по видео друга и коллегу по кафедре климатологии Вацлава, и снова безрезультатно. Тогда он принялся писать письмо, но тут пришло короткое сообщение от Вацлава: "До связи".
Глеб несколько минут непонимающе глядел на экран ноутбука.
Что за чёрт... Он вернулся в кухню и машинально выпил своё молоко.
Было уже девять, настало время ехать на работу, но не в институт, а на заседание "Комиссии по уничтожению крупного рогатого скота" при президенте. Очередное заседание. Комиссия состояла при ООН и ЮНЕП со штаб квартирой в Кении и отделениями в США, Европе, Китае, Индии и России.
Глеб Пожарский был одним из авторов идеи "экзитбула". Вертолёт доставил учёного в Москву. Входя в зал заседания, Глеб всё ещё чувствовал во рту сладковато-кислый привкус молока.
А вечером, наконец, удалось связаться с Вацлавом.
— Ты куда запропал, что стряслось? — был первый вопрос Пожарского, когда на экране после долгих звонков всё-таки появилось изображение друга.
Вацлав улыбнулся половинкой рта, то ли смущённо, то ли саркастично.
— Да много чего, знаешь ли... Но ты-то знаешь... — На круглом лице друга появилось недвусмысленное выражение досады. — Прости-прости, я не хотел, не надо мне было...
— Да о чём ты, дурак? — терял терпение Пожарский, повышая голос, не смотря на то, что жена уже спала за стенкой. — Ты часом не заболел? Я до тебя третьи сутки не могу дозвониться. Что случилось? Ты что, меня избегаешь? Это из-за коров?
— И да, и нет...
—Ты же знаешь: я сам не рад, что так всё получилось, но иного выхода нет! Ты же смотрел выкладки! И американцы, и европейцы, и — да чёрт! — даже индийцы согласились!.. Что чем раньше мы...
Друг на экране замотал голой, и Глеб замолчал на полуслове. В комнату тихо зашла жена, кутаясь в халат и встала в тени у него за спиной.
— Глеб, я рад. Я знаю, что тебе гораздо тяжелее, чем мне. Давай, я буду на связи, если что. А сейчас отправляйся спать, ты с этими комиссиями скоро на себя не будешь похож. Отключаюсь. До завтра.
Экран потух.
Глеб выпрямился в кресле, отчего щёлкнула спина, и только тогда заметил жену.
— Прости, я раскричался, не хотел тебя будить.
— Я не спала, лежала.
— Этот гад меня игнорил три дня и не хочет говорить, почему! Я его что, чем-то обидел? Так сказал бы чем! Я что ему — девочка?!.
Анна вздохнула и печально улыбнулась.
— Ну-ну... Неужели ты не понимаешь?
— Чего? — поднял глаза на жену Глеб.
— У твоего друга — твоего лучшего друга — непереносимость лактозы. А ты и не знал?
Глеб озадаченно потёр переносицу своего выдающегося носа.
— Он не хотел тебя расстраивать, — сказала Анна, приподнимая мужа из кресла. — Не хотел, чтобы тебе становилось ещё тяжелее. Так получилось, что никто вокруг тебя, милый, не любит молоко. Тебе тяжелее всех из нас. А Вацлаву позвонишь завтра с утра и поговорите. Мы будем с тобой, верь мне. Я уверена, всё будет хорошо. — Они медленно шли к двери из кабинета. — Подогреть тебе стакан молока?
КОНЕЦ
Подписывайтесь на канал
Ставьте лайки!
Хорошего чтения