Нашим далеким, и даже относительно близким предкам никакая личная стратегия была не нужна. Вы не найдете это словосочетание, «личная стратегия», в трудах классиков. Там, конечно, много чего сказано и спрошено про смысл жизни, но смысл жизни и стратегия жизни – не одно и то же. Смысл – это предназначение, а стратегия – это конкретный план, шаг за шагом, с целями и ежедневными привычками. Не поиск смысла, но его реализация.
Причины, по которым предкам не была нужна стратегия, понятны:
1. Их жизни были короче. Причем значительно. Еще недавно, в конце XIXвека для большинства населения 40 лет было возрастом старости. Дольше жили обеспеченные, у которых были деньги на разнообразное питание и медицину, но их было относительно мало.
2. Их выбор жизненного пути очень часто был сделан еще до их рождения. Сословные требования, религия (по рождению, а не по убеждению), национальность, место жительства, благосостояние семьи – все это определяло во многом будущую траекторию жизни человека еще в утробе матери. В брак по любви вступали редко, обычно решение было делом родителей. Конечно, находились и бунтари, ломавшие устои и ищущие собственный путь, но они явно были не в большинстве. Сегодня человеку не то что проще, ему приходится делать осознанный выбор – профессии, религии или ее отсутствия, брака, даже пола иногда.
3. Они умирали в том же мире, в котором рождались. Возьмите какого-нибудь крестьянина или достопочтенного буржуа. Много ли ему нужно было знать, чтобы дожить до старости? Нет, жизнь не была легкой, но будущее было более предсказуемым – оно было очень похоже на прошлое.
4. Как следствие из пункта 3, старики могли делиться опытом с молодежью, и от этого была практическая польза. Сейчас эти знания стремительно обесцениваются. Что я смогу полезного рассказать своим правнукам, когда они у меня появятся, о мире, в котором они будут жить? Что я буду о нем знать? Современному человеку приходится осваивать знания, которые не существовали не только до его рождения – иногда потребности в них не было еще месяц назад.
5. Выбор профессии делался часто однажды, в момент подачи документов в ВУЗ. Смена профессии была делом редким, во всяком случае более редким, чем сейчас. А сегодня мы все больше говорим о life-longlearning, о том, что современному человеку придется получать 3-4 образования в течении жизни, причем разных, потому что старые профессии будут отмирать быстрее, чем когда-либо ранее.
6. Число разводов во второй половине XXвека выросло повсеместно. Не потому, что люди вдруг стали неспособны любить друг друга, а потому, что развод перестал быть в их сознании катастрофой. Как и совместная жизнь без формальных брачных уз. Нам легче сделать этот шаг. Но за разводом часто следуют новые отношения, и нам приходится овладевать новыми навыками, например, воспитывать детей жены или мужа от прошлых браков. Такое было и раньше, конечно же, но куда реже.
7. Среднестатистические предки путешествовали куда реже, а переезжали еще реже. Им не приходилось учить новые языки, приспосабливаться к новым обычаям и порядкам.
Мы живем в мире, где единственное, что осталось стабильного, это перемены. Они происходят постоянно, и мы можем быть уверены в том, что этот процесс не остановится. А это означает, что накопленный в прошлом опыт завтра может оказаться бесполезным. Мы уже не можем не думать о будущем. И мы должны не просто думать о нем, а активно к нему готовиться, то есть писать собственную стратегию.
Но еще одно важное отличие между нашими предками и нами заключается в том, что мы все реже воспринимаем свою сегодняшнюю жизнь как неизбежность. Наши предки учились терпеть, ясно видя границы, за которые им никогда не выйти. Рожденный холопом с высокой степенью вероятности холопом же и умирал. Мы же (по крайней мере самые активные из нас) не хотим считать свою изначальное предначертание – например, место рождения, выбранную в 17 лет случайно профессию, неудачный брак, – крестом, который нам нужно нести до смерти. Мы верим, что у нас есть право выбора, возможность перекроить все по своим лекалам.
Но уж раз мы перехватили у судьбы управление, нам нужен план. И пускай мы не знаем будущего, и потому часто действуем вслепую, рискуя ошибиться, это не означает, что мы не должны разрабатывать стратегию. О том, как преодолеть, насколько это возможно, неопределенность, я напишу в следующий раз. Не забывайте подписываться, чтобы читать все посты!
Святослав Бирюлин