Привезти сыну что либо с войны мне не хотелось. Я приехала к мужу на пару недель в Грозный в 1996-м. А сыну тогда было два года, и он остался с бабушкой – моей мамой – под Волгоградом. Первый же рассказ Олега Ермакова из сборника «Арифметика войны» — о том, как он хотел привезти дочке с войны флейту. Услышал, как самозабвенно играет какой-то мальчишка в афганском кишлаке, и попросил его продать флейту. Тот отказался. Тогда Ермак – так звали его однополчане – отдал деньги двум братьям Абдрупту и Абдуламиду, чтобы они привезли ему флейту из города. Но вместо флейты получил очки. Прям как в той песне про «Волшебника-недоучку»: «Сделать хотел утюг – слон получился вдруг». Очки были немецкие дешевые, в серебристой оправе. Автор потом понял, для чего братья под видом языкового барьера привезли именно такие очки. На солнце в поле оправа сверкала и являлась маяком для прицела врага.
«Афганская флейта» — так называется рассказ – относительно спокоен и в основном о философии гармонии человека и природы. Согласна с Захаром Прилепиным, именующим Ермакова вторым Толстым. Да, если б Лев Николаевич родился в наши дни, он писал бы примерно в данном ключе. Созерцательно, без истерик. Хотя речь порой – о вывороченных наружу кишках, об оторванной ступне мальчишки-пастуха, подорвавшемся на минном поле. Читала – и передо мной вставала картина, как у моих друзей – семейной пары, несколько лет отслуживших в Афгане, а потом в Чечне, уже в мирное время оторвало ступню сыну поездом. След войны тянется за теми, кто там побывал, и здесь…
«Боливар» – следующий рассказ, который без словаря – никак. Начиная прямо с самого первого слова: «Самум зарождался на огромном пространстве нагорья. Издалека он был похож на черного червячка или, может быть, сгоревшее дерево. Но это обугленное деревце было живым, оно шевелило сучьями и даже перемещалось». Самум – это ветер. И таких слов, непривычных нашему обиходу, здесь много. Герой рассказа – офицер разведроты Леонид Мартыненко – стремился походить на испанского борца за независимость Симона Боливара. Он по-хорошему завидовал его выносливости, его выживаемости в любых условиях. И вот в этом рассказе как раз и объясняется заголовок всего сборника. «Говорят, у каждого есть своя книга, которую он пишет всю жизнь». «Арифметика войны» — так бы назвал свою книгу жизни офицер Мартыненко.
Вообще проза Олега Ермакова – она не вычурна, полна всяческих мудрых притч и показывает героизм наших современников в войне, как нечто обыкновенное, рядовое, происходившее всегда и раньше, и сейчас. Наверно, в этом и состоит талант писателя: не пугать читателя, а подспудно призывать к миру. Так писал еще и Шолохов о войне, не только Толстой. Словно бы перекликаясь с рассуждениями о земле, которую вспахивать надо не минами, а сохой, вторят «Тихому Дону» рассказы Ермакова «Кашмир», «Блокнот в черной обложке», «Один», «Русская сказка» и др., полные в равной степени и художественности, и документализма…
Благодарю, что читаете мой канал на Дзене.