Юлия Руденко

Ты решил, что я буду молиться, Тихо ждать у закрытых дверей, Что позволю себе раствориться В череде безответных ночей? Или, став пред судьбою на плаху, Стану слёзы в ладони кропить? Нет, порву я с тобою с размаху, Чтобы памяти злобную нить — И разлуку, и горечь былого — Сжечь в золу, не оставив следа...

Слова истлели. В доме тишь. Ты чемодан придвинул к двери. И, как положено, молчишь, Да я ж ни слову и не поверю... Была горой — стала песком, Была стеной — и обвалилась. И небо серым лоскутом Над нашей памятью разлилось...

Винил шуршит — и оживают тени... Эпоха блёсток, лака и огней. Я преклоняюсь перед вдохновеньем Из прошлой давней юности моей. Бьёт ритм в виски, ломая расстоянья, А за окном — тоскливый серый дождь. Под звуки «You’re My Heart» — души признанье: Ты в каждом жесте, в музыке живёшь...

Август выцвел полынью, горчит на губах сухостой, Я иду по стерне, укрывшись прохладой пустой. День, как старое золото, плавится в липком тепле, Свет закатный медью прошёлся по тёмной земле. Стынут росы на бледных рассветах, смывая мечты, В лунном омуте тонет образ любви – я плюс ты...