1-я часть тут.
Куда бы ты ни пошёл, ты можешь встретить кого угодно. Прямо вот буквально. Когда я тянул срочную службу в армии, в нашей роте служили панк, хиппи и рэпер. Речь, оговорюсь, о годе начала правления Путина. Ну, о том самом, когда Ельцин сказал своё коронное «Я устал, я ухожу». Так вот, со мной служили эти самые ребята, и все, причём, такие настоящие, кондовые. Судя по их словам, конечно — ведь в их «естественной среде обитания» мне наблюдать их не доводилось. Но были некие моменты, когда их слова косвенно, но подтверждались, а потому я особо и не сомневался. Думаю, если и приврали они о себе, то не слишком сильно.
Хипан был натурой весьма утончённой, причём в обоих смыслах — и в духовном, и в физическом. Человек он был глубоко эрудированный и приятный в общении. И да, он знал, кто такой Ritchie Blackmore, и еще много всякого про музыку и музыкантов. Имел продвинутые литературные вкусы — именно от него я узнал о таких писателях как Маркес и Борхес. Мало того, ему с «гражданки» передавали отличное чтиво, в числе книг была и «Сто лет одиночества». Тогда-то я её и заценил. Хороший это был человек. Но если ему в руки попадала бутылка водки — пиши пропало. Оттого он частенько сиживал в карцере, а рота из-за этого имела проблемы. Круговая порука вещь достаточно жуткая, а потому его, мягко говоря, уж совсем не любили за его алкогольные «косяки».
Панком был смешливый розовощёкий крепыш, неисправимый оптимист и в хорошем смысле раздолбай. Видать, подался в панки действительно по зову своей души, а не по случаю. Но чего-то особо бунтарского в нём заметно не было — просто такой открытый приятный человек. Правда, вот к гопникам он относился с некоторой пренебрежительностью. Казалось бы, и действительно, а за что их любить-то? Но в его понимании (и, похоже, в понимании его панковской тусовки) гопник — это, как он выражался, «музыкальная проститутка», а точнее тот человек, который не имеет музыкального вкуса и слушает что попало. А под это определение подпадало много народу… Правда, пренебрежение своё он открыто не выражал никак, даже зная, что ему за это ничего не будет. И, сдаётся мне, было оно просто для виду, для поддержания статуса своей панкушности.
Ну и рэпер. Парень довольно флегматичный. В конце концов он тоже оказался довольно эрудированным и приятным человеком. Вот, правда, я совершенно не понимал его музыкальных вкусов. Его поставили работать на кухню, а там был магнитофон. Как-то с «гражданки» ему прислали кассету. Естественно, там был рэп. Обложка такая пафосно оформленная, с презрительным лицом Влада Валова и надписью «Имя — ШЕFF». Как по мне — так очень странный набор треков, где из речетатива в речетатив на все лады произносятся самовосхваления. Короче, просто не моё. Но рэперу нашему очень нравилось.
Такие вот замечательные люди мне встретились в таком не очень замечательном месте. Кто бы мог подумать, да? Но, как уже говорилось, куда бы ты ни пошёл, ты можешь встретить кого угодно.