А ещё вот такая история: поругались на ровном месте. Разграничили территорию. Постарались, чтоб было честно, разделить пополам и ванную, и продукты, и воду в баке. Это всё ерунда. А главное, как делили они собаку.
Предлагала за пса прихожую, полки в кухне и одеяло. Он смеялся в ответ: мол, тоже мне! За такую собаку мало и стиралки, и телевизора. Предлагал ей весь шкаф и лампу. А собака, с лицом провизора, поднимала на кресло лапу.
Рассудила: границы новые, значит, нужно расставить знаки. Вот и метила территорию на глазах у людей собака.
Эта - в визг. Мол, велюр! Испортится! Этот сразу по морде тапкой. А собака не успокоится, так и ходит, с поднятой лапкой, то к дивану, то к шторам с кисточкой, то к подушкам и одеялам. Прервалась, на минутку, к мисочке. Эти двое ее поймали. Вырывалась, куснула в мягкое, и скорей под кровать, в укрытие. Вслед швыряли прицельно тапками, только где этим двум подбить ее, ведь она, будто ветер, быстрая, и, как миг-25, манёвренна. Зазывали, гремели мисками. Ишь, нашли тут наивную, тоже мне.
Говорили елейным голосом, соблазняли мешком с котлетками, призывали к собачьей совести, угрожали ремнём и клетками, выметали каким-то веником, но она в уголок забилась.
Гармонично и незаметнетненько, эти взяли, и помирились.
Мальвина Матрасова