А я разорвал книгу.
А вы не спешите меня ругать, а-а-а, как можно, а-а-а, да как не стыдно, да нельзя книжки рвать.
Вы дослушайте сначала.
А?
Нет, не в детстве. В детстве у меня и книжек-то не водилось, только у дьякона книги читали.
А книжку я разорвал, когда мне тридцать пять лет было.
Сын тогда женился как раз, дом выстроил, всё, как у людей.
Дочерей замуж выдали.
Тем вечером к нам с женой приехал царский гонец, - метель за окном, огонь лижет дрова в камине, цокот копыт, звон колокольчика – входит в дом царский гонец, кланяется, протягивает грамоту.
Так и есть.
Зовут нас на Блаженные берега, где не падет снег круглый год, где светит жаркое солнце и плещется теплое море.
Завтра.
И жена мне на шею бросается, ой, миленький, дождались.
Вот так.
Сколько лет меня миленьким не называла.
А тут на тебе.
А ночью я порвал книгу.
Только сначала прочитал. Главу следующую. И следующую. И следующую.
Как я узнаю, что нет никаких Блаженных Берегов, как спасусь от конвейера – в последний момент, как не успею спасти Альгу, как расскажу другим, как мне не поверят, как уйду с группой каких-то отчаянных, останемся с ними посреди ледяной пустыни…
Это я все прочту в книге.
В своей книге.
А потом порвал книгу пополам.
На до и после.
Так что нечего меня судить.
Это я к чему говорю… это я всё пишу уже на Блаженных Берегах... Может, осталась где-нибудь неразорванная книга. Может, читал кто мою историю. Если читали, так пошлите весточку на Блаженные Берега, что там дальше со мной будет. А то чувствую, упустил что-то… понять бы еще, что.
Но что-то упустил.
Так что расскажите, кто прочитал… Как называется, не знаю, я в название не смотрел… фраза там в начале, как всадник к нам приезжает, гонец царский - метель за окном, огонь лижет дрова в камине, цокот копыт, звон колокольчика – входит в дом царский гонец…