Ваня не хочет выполнять задание. Подталкиваю его:
- Давай-давай, начинай думать – и всё получится.
- Не-е-е-е…
- А что делать?
- А давайте у Вани спросим! – находится Ванька, имея в виду, конечно, не себя, а воображаемого Ваню.
- А давай!
Мы одновременно начинаем голосить, требуя от воображаемого мальчика правильных ответов:
- Быстрее давай делай! – кричит мой ученик.
- Что молчишь так долго? – не отстаю я.
- Долго нам ждать, пока ты упражнение сделаешь? – вопит Ванька.
Ответа нет. Мы хохочем.
- Вань, он молчит. Что делать-то? – говорю уже своему настоящему ученику.
- Вот маленький негодяй!
- Да прямо безобразник! Не слушается нас! Не учит русский!
- Я с ним поговорю после урока.
- А где он?
- Да в кладовке сидит, - придумывает Ванька.
- Ну поговори. Может, в следующий раз выполнит упражнение.
- Ага. Сегодня я пока за него сделаю. Так и быть.
- Ну ладно. Давай.
Работаем. Расставляем запятые. Обсуждаем ошибки. Ваня сосредоточен.
Мне не жаль времени, потраченного на игру в воображаемого Ваню. Мой настоящий ученик, подставив вместо себя своего придуманного двойника, сделал то, что ему очень хотелось: проигнорировал занятие и просьбу учителя выполнить упражнение. Пар выпущен. Напряжение снято. Мы похулиганили и двигаемся дальше.
