«И не в том проблема, что меня забыли», — думала она иногда, — «а чтобы мне забыть».
Память — прихотливая штука. То она горстью держит вещи несовместные, чуждые, неподходящие. Друг другу и, однако, увязывает их как-то, сращивает. Кривыми краями, пустыми сердцевинками, тонкими нитями логики и абсурда. Да ты и хочешь распустить пучок, ищешь концы. Ан, нету! Словно спаяны, навеки. Великие Разности.
А бывает. Сам желаешь сохранить в анналах что-то важное. Лепишь кисть, изыскиваешь стержень. Чтоб навернуть на него всё относящееся. А оно рассыпается. Причина — сама по себе, обстоятельства — сбоку припёку, а цель финальная — и вовсе, особняком. И теряется часть жизни, пусть и малая, но чему-то научившая, чем-то задевшая, о чём-то навеявшая.
И очень долго в её голове хранилось так много всякого. Что оторопь брала — какие терабайты под сие отведены! Да и архивация происходила путями неведанными. Вдруг, откуда-то, извлекалось словцо, дата, виденный жест, услышанный смысл. И враз, выворачивался пласт. С подробностями и мелочами такими — человек держать столько лет не в состоянии. Правда, обычно после всплеска воспоминаний весь информационно-эмоциональный червячок. Уходил. Будто отработал. Своё.
И всё равно. Тома, как правило, тяжкого и огорчительного. Давили ёмкостями и прилипчивой верностью. То, что забывали её — давно не тревожило. То, что не забывалось в ней — доставало и мучило. Куда сильнее.
Уже уходил октябрь. Он начался шумно и весело. И очень плотно занял, имевшиеся прежде, пустоватые ниши. День перестал быть длинным и тягучим. И обрёл темп престо. Она скакала иноходцем — семейные дела, бизнес-общения, балования себя, рывок в перспективное. И к последним дням, ощутила внезапно странную, давно забытую лёгкость и звонкость в голове. В какой именно момент брожение сквозануло в стадию — «вчера было рано, завтра будет поздно». Она не успела уловить. Но вдруг, раньше такие нужные сведения обо всех и обо всём. Потеряли актуальность и просто принялись исчезать. Не предупредив, по-английски!
Миг, когда данный факт восстал во всей своей красе. Запомнился ей надолго. Она не сумела вспомнить — при случайном, не ею затеянном разговоре — ФИО злейших врагов. В этой ячейке оказался запах старого лежалого белья, скрежет немазаных петель и номер телефона одноклассницы. Не имеющей к гнусным оппонентам никакого отношения. Связь времён, деяний и казней развалилась на глазах. Она потыкалась поисковиком в окружных пределах, но так ничего и не обнаружила. Злосчастные ФИО — корова языком слизнула!
Забыть. Оказалось — не проблемой! А — joke!»