На лужайке на Манежной площади мы наблюдали, как Вова готовится получить по щам. Он глотнул Медового из полтаралировой бутылки с желтой этикеткой, снял свою красную кепку, аккуратно спрятал за проколотые уши пряди чёрных блестящих волос.
- Куртку-то сними, - посоветовал кто-то.
- Да не, зачем? Кровь на куртке подействует только круче! - Вова сделал пару шагов назад и, сощурившись, посмотрел на своего палача, коренастого белобрысого Мишу: - Ну чё, валяй!
Миша ковырнул резиновым носом кеда траву и подступился к Вове.
- Смотри нос не сломай только! - Вова по-детски шмыгнул и провёл по ноздре подушечкой большого пальца.
- Готов? - Миша размахнулся. Следующие движения пронеслись перед глазами, и мир в один миг воронкой скрутился в точке, где мишин белый кулак с грязными ногтями впился в вовино лицо: волной колыхнулись щёки, мелькнула гусеничка чёрных ресниц…Исполинской оригаминой Манежная площадь расхлопнулась назад, явив свету шестнадцатилетних нас, фонтан, бутылку Медового на зелен