Один из самых главных дней в жизни я решила встретить в памятном для всего русского народа месте - в Храме-На-Крови, что в самом сердце Екатеринбурга. Этому решению особенно обрадовался мой сын Николай, который, понятное дело, поехал со мной. Как и любой родитель, я заинтересована, чтобы мой ребенок знал и, что немаловажно, любил историю, а потому обо всем стараюсь ему рассказывать (и показывать, когда это возможно), наиболее увлекательно. Не зря ведь говорят, что посеешь…
Город еще спал. Ранним утро такси отвезло нас прямо к ступенькам храма. Дело в том, что в Екатеринбурге я давно не была, то есть вообще не была, т.к. когда я посещала этот город - он назывался Свердловском. А потому здорово удивилась, когда на месте бывшего Ипатьевсого дома, обнесенного частоколом, увидела невероятной величины храм. Белое фигурное облако с позолотой на фоне дорог, вечно спешащих машин и людей. Ему бы в лесу расположиться и отражаться в озере или на труднодоступной горе и колокольней упираться в небо…
Еще более поразил памятник царской семье. Сейчас в моде такой термин "сила воздействия". Так вот эта сила, талантливо выраженная в камне, трогает душу, кажется, до самого основания. К своему стыду я не запомнила имя скульптора, но когда увидела это чудо, не могла удержаться от слез. Кроткие взгляды, по-детски доверчивые лица обреченных…Господи, да как на таких людей могла подняться рука палача!? - невольно вырывается и остается без ответа. Ответ, конечно, приходит, но потом, в виде законченной формулы - так Богу угодно. И даже, когда полностью это осознаешь, все равно твое человеческого "почему", бередит снова и снова.
- Мама, а, правда, их всех расстреляли? - спросил сын, внимательно разглядывая фигуры.
- Да, Коля, правда.
- А за что всех сразу?
- Потому что святые…
Особенность этого места ощущается сразу, я бы сказала даже на молекулярном уровне. Слезы наворачиваются сами собой, и невольно начинаешь лепетать: "Прости нас, царь Николай. Всех-всех". Но потом, на смену первому трогательному порыву приходит второй, третий. И каждый последующий сильнее и ярче.
Такое, как мне заметили работники храма, происходит со многими. Наиболее частые паломники здесь москвичи. Их интересует все: начиная от внутреннего убранства храма, заканчивая видом, который открывается с колокольни. Не говоря уж об истории, многие приезжающие, например, почему-то уверены, что до сих пор живут екатеринбуржцы, которые видели царскую семью, ну или хотя бы их прислугу…
Личных вещей святого семейства мало. Можно сказать, почти нет. Ни одежды, ни посуды, например, не сохранилось. Есть фотографии царя и семьи. Есть фото царя одного. Имеются также снимки Ипатьевского дома. Наиболее же впечатляет тот, где запечатлен фрагмент комнаты, в которой расстреляли семейство. Стена в пятнах крови с человеческий рост…Здесь же под витриной письмо, написанное княжной Ольгой, основная его мысль такова: Дай, Господи, сил пройти уготованный мне путь. Сохранились мелкие хозяйственные вещички, как, например, спица или вязальный крючок. Но их очень мало. Здесь начинаешь понимать, что определенные силы особенно старались стереть память о царе и его потомстве. Опять ответ - значит так Богу угодно и снова протест твоего человеческого "почему"?
Надо ли говорить, что от иконы Царственных Страстотерпцев исходит особенная благодать.
- Мама, ты чувствуешь, она как живая, потрогай, только осторожно-осторожно - сказал сын.
На втором этаже храма каждый день идут службы, молебнов новомученикам и исповедникам Российским не счесть. Почему-то хочется плакать и плакать, стараюсь отойти в угол, чтобы никого не смущать, смотрю, здесь многие вытирают слезы.
- Мне кажется, в этом месте царь с семьей нас слышит - говорит одна женщина другой.
- Да, слышит - соглашается с ней охранник, который дежурит возле иконы - здесь цветы подолгу стоят и не вянут. А еще, когда молишься, внутри трепещет, а иногда приходит решение, как поступить в какой-нибудь ситуации. Делаешь так, и, оказывается, что делаешь правильно…
В лавке, которая расположена прямо в храме, продают книги о царской семье, написанные разными авторами. Открываю - и первое, что вижу лица убийц - участников расстрела. Читаю о их незавидной судьбе. Одного расстреляли, другой сам с собой покончил…Еще запомнились слова молитв: "И да отпустится нам и всему роду нашему грех, на народе российском тяготеющий: убиение царя, помазанника Божия, святителей же и пастырей с паствою, и страдания исповедников, и осквернение святынь наших"…Прости Господи, и помоги нам с чистым сердцем войти в завтрашний день. Это я так, уже от себя молилась, произвольно. Почему-то хотелось молиться не столько о прошлом, сколько о будущем, о всех родных и близких, чтобы им простились грехи и чтобы они к нашей святой истории относились с таким же трепетом, как десятилетний ребенок, нежно поглаживающий пухленькой ручкой икону...