Все познается в сравнении. В школе не любил учить стихи, и еще пуще не любил бубнить их у доски перед всем классом.
Все эти "мороз и солнце", "скажи-ка дядя", "белеет парус", "довольно, Ванюша", отбили у меня уважение к рифмосочинительству надолго.
До стихов наших классиков нужно дорасти, чтобы понять, насколько они все-таки хороши. Парой фраз передают нужное настроение.
В школьную программу, все-таки, русская поэзия вошла в самой легкой версии. Не было, насколько помню, ни Державина, ни Ломоносова. И уж тем паче, Тредиаковского Василия Кирилловича.
И остается благодарить судьбу, за то, что не пришлось учить, например, сии вирши:
Монархиня велика!
Зерцало героинь!
Не оных общих лика —
Ты всех верьх благостынь.
Тебе, с тимпаны стройно,
Гласят трубы достойно.
Или вот еще:
Без любви и без страсти
Все дни суть неприятны:
Вздыхать надо, чтоб сласти
Любовны были знатны.
И контрольный:
Вечная весна тамо хранит воздух чистый,
Небо кажет светлейте цвет очам свой истый.
Цветы во всяко время там не увядают,
И на всякий час новы везде процветают.
Всегда древа имеют плоды свои спелы,
Ветви всегда зелены, поля с цветы целы.
В отдалении многи пещеры чудесны,
Где ликуют радости, смех, игры нелестны.
Свет туды не заходит чрез ветви сплетены,
Сия пещеры с веку любви посвящены.
После такого словопостроения бессмертные строчки Михайлы Васильевича:
Лице свое скрывает день;
Поля покрыла мрачна ночь;
Взошла на горы черна тень;
Лучи от нас склонились прочь;
Открылась бездна звезд полна;
Звездам числа нет, бездне дна.
кажутся уже практически пушкинскими. Хотя стихи Тредиаковского мне нравятся.
Веет от них этакой силой пращуров.