Их отношения стали на них малы, как одежда на стремительно растущего ребёнка. Вроде она такая знакомая, любимая, но...не налезает. Жмёт, давит, носить неудобно. Они оба переживали. Она ходила на курсы и тренинги, слушала лекции, судорожно примеривала на себя ситуации и запихивала в ситуации себя и его. Ни под одну они не подходили идеально. Ну, так, чтобы воскликнуть: «ну конечно!» и разойтись как в море корабли или обняться и зажить долго и счастливо.
Он злился и то вспыхивал как спичка, то уходил в себя, и они разговаривали, как соседи в коммуналке: доброе утро, как дела, спокойной ночи. Ей стало проще без него, без его хмурого взгляда, колких фраз, закрытой двери в комнату, за которой он прятался от неё и её разговоров. Им было тяжело вместе, как будто они отбывали неприятную повинность, отказаться от которой – невозможно. Она все чаще начала задерживаться на работе, сбегать в кино и кафе с подружкой. Часами гуляла по магазинам, ничего толком не покупая, лишь бы не идти домой, где тихо и мрачно, как на кладбище осенним днём. Перестала звать его в кино и на концерт: знала, что он откажется.
«Все, – решила она однажды. – Хватит. Мучить себя и его. Ясно же, что мы не подходим друг другу. Наши отношения себя изжили, и пора друг друга отпустить для новой жизни.» Решив, она повеселела и поехала домой с твёрдым намерением с ним поговорить. Дома было тихо, как всегда. А ещё темно и пусто. Обычно он приходил с работы раньше, чем она, и предупреждал, если задержится. Она удивилась. Проверила телефон и почту, но не нашла никаких сообщений. Почувствовав внутри смутное раздражение и беспокойство, села ждать. Когда на часах стрелки приблизились к полуночи, она решила позвонить.
− Аппарат абонента выключен, или находится вне зоны действия сети, – сообщил ей механический голос.
Она набрала ещё два раза, но абонент по – прежнему был с выключенным телефоном. Беспокойство вытеснило раздражение и поднялось вверх, как закипающее молоко в кастрюльке. Она подождала ещё немного, потом сходила в душ. Не помогло. Выпила бокал коньяка и съела целую шоколадку. Стало ещё хуже. Она позвонила ещё два раза, услышала про абонента и решила лечь. Потому что ей казалось глупым вот так вот сидеть и его ждать. Он не пришёл и ночью, зато разбудил её, задремавшую под утро, телефонным звонком:
− Ты мне звонила пять раз, что-то случилось? У меня телефон сел, а в самолёте зарядить негде.
− В каком...самолёте? – изумлённо переспросила она, хлопая глазами.
− Как – в каком? – изумился он в свою очередь. – Я же тебе говорил, что у меня командировка в Сочи, трёхдневная. Раза три сказал на этой неделе точно!
И тут она вспомнила. Что точно – говорил. Она как раз после кино домой пришла и спать ей хотелось ужасно. И она ещё какую-то банальность сказала, про то, что мол, повезло ему, солнышко увидит и море.
− Эй! – позвал он её в трубке. – Все хорошо?
− Все плохо, – честно ответила она. – Я забыла про твою командировку, звонила тебе всю ночь, всю ночь ждала, напилась, выплакала все глаза, побегала по потолку и уснула час назад. И чувствую себя полной дурой!
Она не пошла в тот день на работу. Сказалась больной. Сходила на рынок, забила продуктами полки холодильника. Разобрала шкаф, вытерла пыль на мебели. Затеяла ужин из четырёх блюд, сама не зная зачем и для кого. Просто приготовление еды её успокаивало. Она как раз помешивала соус для спагетти, когда в дверном замке повернулся ключ.
− Это у нас такие запахи умопомрачительные? – спросил её из прихожей голос мужа. Мужа, который был в командировке в Сочи.
Она вышла к нему прямо в фартуке и с поварёшкой в руках. Лицо растерянное, на губах – глупая улыбка.
− Никак не мог билет на обратный рейс купить, – пожаловался он ей, разуваясь. – На утренние все раскупили, на вечерний еле успел забронировать!
− А как же... – начала она фразу и осеклась. Губы задрожали, глаза защипало от слез.
Он шагнул к ней и прижал к себе крепко, к груди, где тяжело и быстро бухало сердце. Уткнулся носом в еёзатылок, пахнущий соусом для спагетти.
− Какая, нафиг, командировка, – сказал он. – Когда ты тут без меня пьёшь, бегаешь по потолку и готовишь еду, запахи от которой валят с ног ещё в коридоре?
Она улыбалась ему в футболку сквозь слезы и кивала головой, соглашаясь. Паззл сошёлся и они оба вдруг поняли, что их отношения им не малы. Просто они их носили... задом наперёд. Потому было неудобно, тяжело, и натирало. А сейчас все было на своих местах. Сидело ладно, как идеально скроенное платье.
− Ой! – вскрикнула она, вспомнив про соус. – У меня там соус сейчас сгорит!
Он посмотрел, как она ускакала на кухню и сообщил ей в спину:
− Как же я по тебе соскучился!!!