Ну а теперь давайте вынырнем из далекого прошлого, вернемся в наши дни и поговорим немного о живых ископаемых. Живые ископаемые по определению самого Дарвина, это сборное название существующих и по сей день видов, известных, а возможно что еще и не открытых наукой. Сюда мы не будем приплетать Большого Морского Змея, Лох-несское чудовище, чудовище из озера Мораг, йетти (кстати, не забывайте почаще мыть), Карадагское чудовище, Большую Мегаланию, Кракена и прочих замечательных существ, на которых яростно маструбируют криптозоологи после того, как покурят хорошей травы. Также к живым ископаемым не относятся реально существовавшие виды, которые полностью вымерли либо вымирают прямо в данный момент в процессе хозяйственной деятельности человека. Я необычайно обрадуюсь, если где-то есть еще живые додо или стеллерова корова, но это вряд ли. Человеки скушали всех.
Так кто же такие эти живые ископаемые? Главное - это те единичные представители таксонов, все ближайшие прямые родственники которых вымерли десятки или даже сотни миллионов лет назад. За небольшим исключением живые ископаемые - это палеоэндемики, то есть виды сохранившиеся на ареале, недоступном для интродукции или внутренней конкуренции. Живых ископаемых не так много, но и не так мало. Наиболее известные - это крокодилы, представители давным давно вымерших псевдозухий. Ближайшие родственники крокодилов сейчас - это птицы, но родственники скажем так себе.
Можно еще назвать дерево гинкго, мечехвоста, двоякодышащую рыбу, ну и гаттерию, единственного на данный момент представителя давно вымерших клювоголовых. А еще - латимерия, которую иногда называют целакантом, что не совсем верно. Вот про латимерию мы и поговорим.
Начнем с того, что с латимерией все очень сложно. Настолько сложно, что мнения ученых разделились (как будто когда-то бывает по-другому) и большая часть, после проведения многочисленных исследований нуклеотидных последовательностей, отказывается считать латимерию живым ископаемым.
Об открытии этой удивительной рыбы написано наверное больше сотни книг, научно-популярных и художественных, и десятки тысяч научных работ. Сам процесс открытия изучен чуть ли не поминутно и пересказан сотни раз, потому я ограничусь лишь кратким экскурсом. В 1938 году тетенька по имени Марджори Куртене-Латимер, бывшая куратором музея в городе Ист-Лондон, что в ЮАР, прогуливалась по рыбному рынку в поисках нажористых карасей, чтобы пожарить их на ужин и слопать под сухарик со льдом. Всем друзьям Марджори рассказывала, что ищет новые экземпляры для музея, но мы-то знаем. Так случилось, что в этот день рыбаки сплоховали и нормальных карасей не наловили. Марджори уже было собралась купить чехони к пиву, но тут ее внимание привлек какой-то стремный чувак, который настойчиво предлагал купить здоровенную синюю рыбу, мотивируя это тем, что вонючее мясо, употребленное внутрижелудочно, великолепно прочищает кишечник. И действительно, из-за специфики распределения жира в плавательном пузыре мясо латимерии жутко воняет тухлятиной и будучи съеденным в любом виде немедленно вызывает драгунский понос. Марджори купила удивительную рыбу, притащила ее в музей и давай искать что-то похожее на картинках. Но не нашла. А шеф Марджори профессор Смит в это время где-то бухал и был вне зоны действия сети. Марджори долго думала, съесть ли ей рыбу под кокосовку и обдрыстаться или же сохранить экземпляр. В итоге она отдала рыбу таксидермисту, тот набил ее ватой и старыми трусами и закинул подальше в угол, чтобы не воняла. Тут приехал с дачи профессор Смит и на вопрос, "а что у вас тут кто-то сдох?", получил ответ - чучело странной рыбы. "Всем бояться! Я знаменит" - сказал профессор и назвал рыбину в честь любопытной Марджори "латимерией". Хорошо, что не назвал по палентологическому обычаю "марджкуртенерилатимерией", а то мы бы сейчас язык ломали. Самой Марджори Смит выдал грамоту "Лучшему сотруднику месяца" и путевку в Ессентуки. Всю оставшуюся жизнь профессор Смит искал второй экземпляр латимерии и писал книгу "Старина четвероног", которую криптозоологи считают своей библией и на ночь кладут под подушку. А вот со вторым выловленным (кстати, всего через каких-то 14 лет) экземпляром приключился форменный пердимонокль, поскольку у этого прекрасного экземпляра напрочь отсутствовал первый спинной плавник. Опа, вот это поворот. И тут многие призадумались.
Впрочем, как ни странно, открытие латимерии не стало каким-то прорывом ни в палеонтологии, ни в биологии. Конечно же, это было открытие мирового значения и все зеваки на планете с удивлением разглядывали на первых полосах газет стремное чучело окуня-переростка, но серьезные ученые поняли только одно - палеонтология, при всей ее фундаментальной неточности, права. В целакантообразных и без латимерии мы уже почти век как разбираемся очень хорошо, и латимерия лишь еще раз подтвердила наши выводы. К слову, это о достоверности воспроизведения древних животных. Ну и стоит добавить, что большим поклонником кистеперых рыб и человеком, внесшим огромный вклад в их изучение, был не кто иной, как Эдвард Дринкер Коп, да-да, тот самый участник "костяных войн", великий ученый, джентльмен и бандит с большой дороги.
Ну а теперь о сложностях. Самое интересное случилось тогда, когда эволюционная биология обзавелась методами генетического анализа и внезапно оказалось, что никакой брадителии, то есть низкой скорости накопления генетических изменений, у латимерии нет. И все последующие исследования показали, что на генном уровне эволюционно латимерия ничем не отличается от других позвоночных и вполне соответствует закону Ван Валена о накоплении изменений и адаптаций, необходимых для поддержания существования вида. При этом, уже понятно, что латимерия не целакант, а лишь один из видов целакантообразных и возможно, возникшем относительно недавно, но никак не пережившем без изменений 400 млн. лет.