Сентябрь. Начало учебного года для школьников и студентов.
Люди постарше должны помнить выезды в колхоз на уборку урожая. Мы поступали в институты и вместо учебы нас бросали на месяц на поля под дождь и холод. Мы только вылуплялись из домашнего гнезда и материнской опеки, а нас тепленьких и глупых бросали в свободный полет.
Колхоз дело добровольное, но если не мог достать справку о болезни, то ехать нужно было обязательно. Деканат карал отлынивание от работ лишением стипендии и еще круче. И ехали. А куда деваться. И не важно, что вырос в городе и не представляешь, что такое деревенская жизнь с печкой и колодцем, грязью и бездорожьем.
И было всякое. Дорвавшись до свободы, парни пили. Были случаи, погибали. Кто-то с местными катался на тракторе и не справлялся с управлением. Кто-то влетал с размаху на мотоцикле в реку и тонул. Было.
Девчонки из колхозов возвращались повзрослевшие, некоторые беременные. Кто потом сразу свадьбу играл. Рожали потомство на первом курсе. Но, как правило, разводились на третьем, а то и на втором. А кто прямиком на аборт шел. Потом всю жизнь жили с тоской из-за невозможности иметь детей. Было.
Влюблялись все поголовно. Дружбу, начатую в колхозах, многие пронесли через всю свою жизнь.
Направили меня по распределению под Ленинград.
Тогда нужно было после учебы отдать долг государству, которое затратило на твое обучение средства и время. Нужно было отработать 4 года там, где специалисты нужнее, а не там, где тебе хотелось.
Касалась уборка урожая не только студентов. Составляли график, по которому весь медперсонал поликлиники должен был по очереди выезжать в поля. Моя очередь выпала на уборку капусты.
Уазик довез нас до поля с рядами капусты без конца и края. Кочаны больше двух килограммов. Попробуй, срежь такой. Но учились мы в полевых условиях быстро.
Да еще ее надо в кучи собрать, чтоб легче в кузов машины закидывать. Или в мешки.
Да еще дождик нудный сеет сверху.
А еще руки надо беречь, ведь завтра на прием возвращаться. А работала я стоматологом. И перчаток тогда не было, как и одноразовых шприцев. И если порезал руки, то через слюни можно было много какой заразы подхватить. Хорошо еще СПИДа не было тогда в России.
Набрали первую машину, сделали передышку. Чайку горячего из термосов попили. И опять за работу.
Рядом физиотерапевт лет пятидесяти со мной работала. Смотрю, лицо у нее красное, работает медленно.
- Что, Антонина Степановна? Устала?- спрашиваю ее.
- Да что-то в глазах темнеет и двоится. И голова как свинцом налита, - отвечает.
- Посидите, молодых много. Если плохо, не надо работать.
- Да как же? Неудобно. Все работать будут, а я прохлаждаться. Нет. Я как все, коль приехала, буду работать, - отвечает.
- Тогда не вставайте, я ваши кочаны сама отнесу, - предложила я.
Она благодарно улыбнулась. Так и работали. Она на корточках в грядках сидит. А я отношу кочаны в общую кучу. Отнесла очередные два кочана, возвращаюсь, а Антонина Степановна ткнулась головой в грядку и сидит так. Я подлетела к ней, тронула за плечо. А она повалилась на бок. Глаза открыты. Не дышит.
Все сбежались на мой зов. Что делать? Телефонов сотовых не было, да в деревне ближайшей вряд ли был телефон. Деревни у нас Богом забытые.
Машину надо ждать. А дождик усиливается. Мы вытрясли все свои пакеты с едой. Положили на пакеты доктора и сверху прикрыли, чтоб не лежала под дождем.
Сами стоим мокрые от дождя и слез. Такое потрясение пережили, просто ужас.
Наконец-то едет наш грузовик. Кузов грязный от дождя и земли с капустой. Как ее по колдобинам с поля везти? Послали водителя за скорой. И еще больше часа стояли на поле и ждали вместе с ней. Никто не уехал. Как бросить? Поехала только старшая медсестра, чтоб вразумительно объяснить начальству и приехать за нами подходящей машиной.
Потом хоронили всей поликлиникой. А у нее же дети, хоть и взрослые. А как объяснить, почему так произошло? Кто виноват?
От 80-90-х остался этот неприятный осадок ко всем прочим неприятностям этого смутного времени.
Больше нас на уборку урожая не гоняли. По-другому не скажешь. А вскоре и колхозы прекратили свое существование.
Нужно это все было? Для меня вопрос так и остался открытым. И мне почему-то кажется, что нет, не нужно это было никому.
Мы после такой работы заболевали, промокнув под дождем. Помощь от нас городских, не ахти какая была. И были вот такие ситуации, когда женщин в возрасте посылали работать на поле в наклонку с повышенным давлением и остеохондрозом. Заканчивалось это трагически.
Не было интернета, на телевидении не говорили о таких случаях.
Были, наверное, и веселые поездки. Но в моей памяти остался вот такой случай. Уж не обессудьте.